Название дано по имени, которое
употреблено в первой фразе главы: «И увидел
Балак, сын Ципора, все, что совершил Израиль
с эмореями».
Обсуждение главы «Балак»
1. Почему ушли старейшины Мидьяна?
В нашей недельной главе читаем о том, что
Балак (царь Моава) направляет к Биламу (нееврейскому
пророку) делегацию с просьбой проклясть
Израиль. Об этом здесь сказано: «И пошли
старейшины Моава и старейшины Мидьяна... и
пришли к Биламу» (Бамидбар, гл. 22, ст.
7).
Однако Билам сразу дать ответ на просьбу
— отказывается, и предлагает посланникам
остаться у него на ночь (Бамидбар, гл.
22, ст. 8).
И далее написано: «И остались старейшины
Моава у Билама» (там же).
Старейшины Моава — остались. Как же
поступили старейшины Мидьяна? Почему о них
ничего не сказано? Куда они делись?
В Талмуде (трактат Сангедрин, лист
105) говорится, что старейшины Мидьяна, как
только услышали, что Билам собирается
отложить дело до ночи — тут же встали и ушли.
Но чем была вызвана их резкость?
Старейшины Мидьяна полагали, что сила
Билама — в колдовстве. Они думали, что он
умеет подчинять себе небесные силы. Но
вдруг узнали, что Билам никем не повелевает,
но — сам подчиняется Всевышнему. И именно
от Всевышнего будет зависеть его ответ.
Тогда, посовещавшись, они сказали: «Разве
есть отец, который ненавидит сына? Даже,
если сын восстает против отца, тот его все
равно спустя какое-то время — прощает.
Значит, в деле проклятия евреев Всевышний
никогда не станет сотрудничать с Биламом,
как бы тот ни просил». Поэтому они тут же
поднялись и ушли.
Впрочем, у них было еще одно соображение,
которое подсказало им, почему от затеи с
проклятьем не стоит ждать ничего путного.
Сказано в Иерусалимском Талмуде (трактат Рош
hа-Шана, гл. 1, мишна 3), что Всевышний
судит сынов Израиля днем, а все прочие
народы — ночью. Старейшины Мидьяна пришли к
Биламу днем. С тем, чтобы он тут же проклял
сынов Израиля. И этим — пробудил меру суда
Всевышнего. Но Билам, вместо того, чтобы
сразу проклясть ненавистных евреев, зачем-то
решил отложить это дело до ночи. Да и тогда,
по его словам, вовсе нет гарантии, что он
даст свое согласие.
Но ведь ночью Творец не судит народ
Израиля. Ночь — время суда над народами
мира. Поэтому проклятье евреев ночью может
возыметь обратное действие. Оно может стать
дополнительным аргументом в суде над
народами мира. И ударить бумерангом по тем,
кто его (это проклятие) замышлял.
Поэтому старейшины Мидьяна и не стали
дожидаться ночи и ретировались при свете
дня.
на основе комментария рава Якова
Райшера,
(автор книги "Швут Яаков",
Богемия, Германия,1661-1773 гг.)
2. Услышать и понять, когда Всевышний
обращается к тебе
И вот, провидец Билам едет на своей ослице
проклинать сынов Израиля. Это событие из
нашей недельной главы нашло отражение в
сюжетах произведений, в пословицах и
поговорках, вошедших в сокровищницу
мировой культуры.
Казалось бы, что здесь удивительного?
Очередной антисемит намеревается
проклясть евреев… Это — вполне обыденная
история. Правда, детали в ней — необычные.
Ослица нееврейского пророка Билама видит малаха
(в условном переводе — «ангел»), который
встал у них на пути. Ослица видит, а пророк —
нет. Билам видит лишь ослицу, которая
отказывается продолжить путь. Поэтому он
лупит ее. Да с такой злостью и ненавистью,
как будто она — еврейского происхождения.
В тексте читаем: «И обратился к нему (к
Биламу) малах Всевышнего: за что бил ты
ослицу твою?» (Бамидбар, гл. 22, ст. 32). Малах
с обнаженным мечом, конечно же, зрелище — не
из тривиальных. Но вопрос его не менее
странен, нежели само появление малаха
на тропе меж виноградников.
Что означает его вопрос — «за что бил ты
ослицу твою»? Упрямилась она, как осел, не
хотела идти — вот и бил.
Но не все так просто, как может показаться,
на первый взгляд.
Понятно, что малах появился на пути
Билама — не сам по себе. Написано: "И
пробудился Гнев Всевышнего за то, что он (Билам)
пошел (проклинать евреев)» (Бамидбар,
гл. 22, ст. 22). И тут же, в том же фрагменте — «И малах
Всевышнего встал на его (Билама) пути».
То есть появление малаха было прямым
следствием Гнева Всевышнего.
Билам понимал, что это (проклинать сынов
Израиля) — плохо, с точки зрения Творца, но
все равно пошел, — объясняет причину Гнева
Всевышнего Раши (раби Шломо бен Ицхак —
величайший комментатор Торы и Талмуда;
Франция, 11-й век).
Так ведь Всевыщний не карает за то, на что
Он дал разрешение. А разрешение Билам, вроде
бы — получил. Написано: «Встань, иди с ними»
(Бамидбар, гл. 22, ст. 20). Вот оно,
разрешение. Осталось только еще
командировочные получить. Впрочем,
возникает вопрос: на что дано разрешение?
Когда старейшины Моава и Мидьяна пришли
звать Билама к царю Балаку, Всевышний не был
против их визита — пусть, дескать, Билам
сходит к царю Моава, попробует царские
яства. Только «проклинать народ (Израиля)»,
— напутствует Он нееврейского пророка — не
смей, «поскольку он благословен» (Бамидбар,
гл. 22, ст. 12).
Впрочем, если нельзя согласиться на
предложение Балака и не проклинать — зачем
вообще идти к царскому двору? Ведь не ради
же красивых глаз приглашают Билама. Поэтому
и был ответ: «Не ходи с ними!» (там же).
Старейшины отправились восвояси не
солоно хлебавши и без завтрака. Но вскоре
вернулись в усиленном составе. С той же
просьбой — проклясть евреев.
Билам — снова к Творцу: может, на этот раз
не откажет?
Говорится в Мидраше Танхума: «По
тому пути, по которому человек стремится
идти — его и ведут». Всевышнему было угодно,
чтобы Израиль благословил нееврейский
пророк. Почему бы не использовать для этой
цели Билама? Благо он тут, как раз под рукой,
ждет ответа.
В Торе читаем: «Если пришли эти люди (старейшины),
чтобы позвать тебя (то есть, если им будет
достаточно, что ты пойдешь с ними, но не
сможешь проклясть евреев) — встань и иди с
ними. Но только то, что я буду тебе говорить,
то и будешь делать» (Бамидбар, гл. 22,
ст. 21). Ии даже если Я прикажу благословить
народ Израиля — благослови, не страшась
Балака.
Всевышний отправляет Билама благословить,
а тот надеется, что ему все же удастся
проклясть. Сопротивление Воле Творца не
может не спровоцировать Его Гнев.
Всевышний довольно часто обращается к
человеку не напрямую. Но, скажем — через
некие события, которые начинают
происходить в его жизни. Через каких-то
людей, которые вдруг возникают в его жизни (или
уже присутствуя — начинают играть в
человеческой жизни не свойственную им роль).
С Биламом Творец поручил общаться ослице.
Большего тот — не заслужил. Ослица поначалу
на доступном ей языке движений пытается
вразумить Билама. Но когда тот не понимает
ее — переходит на его язык, язык слов.
Теперь нам понятен вопрос малаха — «За
что бил ты ослицу твою?». Она и в самом деле
начала вести себя странно. Но это должно
было заставить задуматься о причине ее
странного поведения.
Всевышний отправил Билама —
благословлять, а он, вместо этого, шел с
намерением — проклясть. Всевышний решил
вернуть его и обратился к нему через ослицу.
Но Билам, вместо того, чтобы исполнить Волю
Творца — избил животное.
Этот важный урок актуален во все времена.
Когда в жизни происходят те или иные
события или люди, скажем, проявляют себя
необычно по отношению к нам — всегда
следует задуматься о том, что, возможно, это
Всевышний обращается к нам. И нужно
прислушаться и постараться понять Его
послание, а не хвататься за палку.
на основе комментариев Рамбана
(Рабейну Моше бен Нахман —
Нахманид; великий комментатор Торы, Танаха
и Талмуда; Испания – Эрец Исраэль, конец 12-го
– начало 13-го вв.)
и рава Моше-Яакова Равикова
(известен и как Сандляр, т.к. имел
сапожную мастерскую;
уроки, которые он давал по
субботам, опубликованы в книге «Ликутей
раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая
половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)
3. Проклясть, нельзя благословить
Из содержания нашей недельной главы мы
узнаем, что царь Моава Балак отправил
старейшин к Биламу (нееврейскому пророку),
чтобы тот пришел проклясть сынов Израиля.
Когда Балаку сообщили, что Билам со
старейшинами приближается к дворцу, он
вышел ему навстречу. Как написано: «И
услышал Балак, что пришел Билам, и вышел
встретить его у города Моава, который
расположен на границе Арнона — на самом
краю его рубежей» (Бамидбар, гл. 22, ст.
36).
В своем комментарии к нашей недельной
главе Раши (раби Шломо бен Ицхак —
величайший комментатор Торы и Талмуда;
Франция, 11-й век) отмечает, что речь идет о
главном городе, столице Моава.
Возникает вопрос: почему Балак
запланировал встречу именно там?
И еще. Балаку известно, что Билам силен не
только в проклятиях, но и в благословениях.
Об этом чуть раньше мы прочли в словах
Балака: «Ведь я знаю: кого ты благословишь —
благословен, а кого проклянешь — проклят» (Бамидбар,
гл. 22, ст. 6). Так почему же Балак не попросил
благословения для своего народа (вместо
просьбы проклясть евреев)?
Итак, Балак принимает Билама в столице, в
главном городе Моава. Но разве столицу
устраивают «на границе, на самом краю»?
Обычно ее стараются спрятать внутрь
территории государства, чтобы неприятель
не мог до нее быстро добраться.
Вообще-то ранее столица Моава и не была на
границе, и располагалась, как и положено — в
глубине страны. Так было до войны с Сихоном,
царем Эмора, в которой Моав потерпел
поражение и лишился части своих земель.
Все, что было перед столицей — отошло
Сихону. Так столица и стала приграничным
городом.
В этой войне, Билам принял сторону Сихона
и проклял Моав.
Встретив Билама в своем главном городе,
который благодаря проклятию Билама
оказался «на самом краю», Балак тем самым —
продемонстрировал свою веру в проклятие
Билама, в его эффективность.
Балак был уверен, что биламово проклятие
не имеет обратного хода. Поэтому и не просил
благословить своих проклятых поданных.
Лишь проклятия для сынов Израиля жаждал
Балак. И Билам был готов с энтузиазмом
взяться за дело, чтобы не разочаровать
заказчика. Он собирался применить все свои
навыки и умения. Но Творец, храня любовь к
Израилю, спутал карты злодеев и перевернул
проклятия — в благословения.
на основе комментария рава Моше-Яакова
Равикова
(известен и как Сандляр, т.к. имел
сапожную мастерскую;
уроки, которые он давал по
субботам, опубликованы в книге «Ликутей
раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая
половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)
4. Один народ, один Творец, одно имя
В нашей недельной главе сказано, что Балак
ставит перед Биламом задачу — «Пойди,
прокляни мне Яакова, пойди, призови гнев на
Израиль» (Бамидбар, гл. 23, ст. 7).
А вот ответ Билама: «Могу ли я проклясть,
если Всевышний не проклинает? Как я могу
поразить гневом, когда Творец не гневается»
(там же, ст. 8).
Почему давая задание Биламу, Балак
использует имена Яаков и Израиль?
Записанные на иврите имена наших праотцов
— Авраам, Ицхак и Яаков, состоят из
тринадцати букв. В этом прослеживается
намек на их связь с Единым Творцом. Ведь
слово «один» на иврите — «эхад», и оно
имеет гематрию (числовое значение) —
тринадцать.
Имена наших праматерей — Сара, Ривка,
Рахель и Лея — тоже состоят из тринадцати
букв. Суммируя все буквы, составляющие
имена праотцов и праматерей, мы получим — 26
(гематрия четырехбуквенного Имени
Всевышнего).
Яакову, как известно, было добавлено имя
Исраэль (Израиль). В этом имени — пять букв.
Если добавить их к имеющимся двадцати шести,
получаем число — тридцать один. Тридцать
один — гематрия имени Всевышнего Эль.
В книге Зогар написано, что сыны
Израиля зовутся именем Исраэль, когда они
выполняют Волю Творца. Если же в массе своей
они преступают законы Всевышнего, имя им —
Яаков.
Итак, когда народу Израиля соответствует
четырехбуквенное Имя, его невозможно
проклясть, т.к. Имя Эль будет против
этого. В периоды, когда народ будет
находиться в состоянии, соответствующем
имени Эль — на него нельзя будет
призвать Гнев Всевышнего, поскольку этого
не допустит четырехбуквенное Имя.
«Вот я вижу с вершины скал и смотрю на него
с холмов» (Бамидбар, гл. 23, ст. 8), —
говорит Билам.
В Мидраше Танхума Учителя
разъясняют, что в слове «скалы» содержится
намек на наших праотцов, а в слове «холмы» —
на праматерей. Буквы их имен
свидетельствуют о единстве. Единстве
Творца и единстве народа, находящегося под
сенью одного из Имен Всевышнего. Порой —
четырехбуквенного, порой — Имени Эль.
на основе комментария рава Моше-Яакова
Равикова
(известен и как Сандляр, т.к. имел
сапожную мастерскую;
уроки, которые он давал по
субботам, опубликованы в книге «Ликутей
раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая
половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)
5. Моше записал пророчества Билама и Иова
Написано в Талмуде (трактат Берахот,
лист 7), что Моше молился, чтобы Шехина (Присутствие
Всевышнего) не простиралась на народы мира,
но только — на народ Израиля. Как сказано: «И
в чем же еще, если так, проявится милость,
которую я обрел у Тебя — я и Твой народ, если
не в том, что Ты Сам пойдешь с нами? И будем
мы выделены — я и Твой народ, из всех
народов земли» (Шемот, гл. 33, ст. 16).
И Творец внял этой молитве.
В книге Виленского Гаона (раби Элиягу
из города Вильно, Литва, 18-й век
;
назван Гаоном
— почетнейший титул — за исключительные
знания всех разделов Торы и праведность)
под названием Адерет Элиягу
рассматривается потаенный смысл
пророчества Билама.
Следует отметить, что сам Билам ничего об
этом смысле не знал. Он (этот смысл) был от
него скрыт. А до нас он дошел — благодаря
тому, что Моше записал пророчество Билама.
Иов тоже жил во времена Моше. Об этом
говорится в Талмуде (трактат Бава Батра,
лист 15).
Он, Иов, мечтал, чтобы история его жизни
сохранилась для будущих поколений. «Если
так, да будут записаны мои слова, — говорил
он, — да будут они начертаны в книге» (Танах,
книга Иова, гл. 19, ст. 23).
Читая текст в оригинале, мы видим, что и в
молитве Моше и в просьбе Иова встречается
одно и то же слово — «эйфо» («если так»).
Использование одного и того же слова в
обоих фразах показывает, что между ними
есть связь.
В чем же эта связь состоит?
Иов знал о молитве Моше. Знал, что она
принята Всевышним. И знал также, что поэтому
не сможет сам написать книгу.
Таким образом, Иов, произнося слово «эйфо»
— апеллирует к Всевышнему, ссылаясь на
молитву Моше. «Если так проявиться милость (если
молитва Моше будет услышана, и только сыны
Израиля будут выделены, а народы мира не
увидят Шехину, что означает, что от них
будут сокрыты и глубинный смысл Торы и
тайны мироздания) — кто же тогда напишет
книгу мою?».
«Пусть ее напишет тот, чья молитва лишила
меня этой возможности, лишила меня
понимания». И Моше — написал, составил
книгу Иова, вошедшую в состав Танаха.
на основе комментария рава
Биньямина-Зэева Босковича
(автор книги «Ир Биньямин»,
Богемия, Моравия, Венгрия,1775-1818 гг.)
