22 цикл обсуждения Прочесть двадцать шестой цикл обсуждения Прочесть двадцать пятый цикл обсуждения Прочесть двадцать четвертый цикл обсуждения Прочесть двадцать третий цикл обсуждения Прочесть двадцать второй цикл обсуждения Прочесть двадцать первый цикл обсуждения Прочесть двадцатый цикл обсуждения Прочесть девятнадцатый цикл обсуждения Прочесть восемнадцатый цикл обсуждения Прочесть семнадцатый цикл обсуждения Прочесть шестнадцатый цикл обсуждения Прочесть пятнадцатый цикл обсуждения Прочесть четырнадцатый цикл обсуждения Прочесть седьмой цикл обсуждения Прочесть шестой цикл обсуждения Прочесть пятый цикл обсуждения Прочесть четвертый цикл обсуждения Прочесть третий цикл обсуждения Прочесть второй цикл обсуждения Прочесть первый цикл обсуждения ГЛАВА «МИШПАТИМ»   Место в Торе: вторая книга Торы — Шемот, гл. 21, ст. 1 — гл. 24, ст. 18.   Почему глава так называется? По слову в первой фразе: «И вот законы...»”. На иврите законы — мишпатим   Обсуждение главы Мишпатим   1. Всевышний строит на века, люди — перестраивают   Наша недельная глава начинается словами: «И вот законы, которые изложишь им» (Шемот, гл. 21, ст. 1). Наши законы, которые мы получили более трех тысяч лет назад на горе Синай — не претерпели никаких изменений до сего дня. Ни одна буква в них не изменилась. И это — нетривиальный факт. Ведь у народов мира принято время от времени менять свои законы. Многое из того, что им казалось естественным в прошлом, сегодня и вовсе неприемлемо, или же стало совершенно другим. В одном городе решили построить жилой многоквартирный дом. С тем, чтобы сдавать жилье внаем, получая хорошую прибыль. Для участия в этом проекте привлекли группу первоклассных архитекторов и инженеров. Они тщательно изучили местные реалии и воздвигли дом, идеально вписывающийся в городской ландшафт и отвечающий всем требованиям и запросам. Жильцы охотно арендовали в нем квартиры, и городская казна хорошо пополнялась. Шли годы, и вот, кто-то из главных инициаторов проекта решил, что город больше нуждается в больнице, нежели в доходном доме. Для реализации проекта опять пригласили инженеров и архитекторов. Правда, на сей раз — не самых лучших. И начали перестраивать здание, чтобы приспособить для нового предназначения. Какие-то квартиры объединили, другие укрупнили, разрушили кухни, переделали ванные... И хотя новая вывеска была готова, больница в городе так и не появилась. Выяснилось, что электропроводка то здесь, то там замыкает, система канализации и водоснабжения совершенно не приспособлена под новые потребности, а носилки не помещаются в лифт… Мир создан в соответствии с Торой. Это соответствие носит божественный характер. Его создал Всевышний, как говорится в Мидрашах — в момент, когда приступал к Сотворению мира. И все это — для того, чтобы люди могли принять Тору и жить по ее законам, жить по Торе. Более того, качества, которыми наделен человек — предназначены для выполнения этой задачи. Таким образом, Тора создает гармонию между человеком и миром. Жизнь согласно Торе — наиболее естественное для человека состояние. Живя Торой, он выражает свое стремление к идеалу.  Когда же люди решают строить общество и свою жизнь по придуманным ими законам и нормам — они оказываются в неприспособленном здании, которое приходится постоянно перестраивать. То здесь подлатать, то там подогнать. В Советском Союзе то и дело затевались гигантские стройки коммунизма. Люди ощущали себя, будто они живут на стройплощадке. Они скученно ютились друг у друга на головах в коммунальных квартирах, без элементарных удобств, точнее, с удобствами на улице. Да и это было не у всех. Миллионы провели значительную часть своей жизни в тюрьмах и лагерях. И все потому, что власти решили поставить над людьми чудовищный эксперимент. Тора и все, что с ней связано, объявили вне закона. Зато насилие над личностью и подавление ее, низведение до стадного образа жизни, обрели законодательную поддержку. Общественное здание активно перестраивалось и вскоре стало походить на тюремный барак. Население одной шестой части суши попало за колючую проволоку. Когда во второй половине 80-х годов прошлого века власти поняли, что со строительством коммунизма ничего не выходит, они объявили перестройку. Перестройка была призвана исправить ошибки и «строительный брак», допущенный раньше. Но и она велась по законам, весьма далеким от наставлений Всевышнего Перестройка 80-х привела к чудовищному беспределу 90-х.  Это наглядный урок, демонстрирующий, что происходит, когда законы Торы пытаются заменить другими, чуждыми ей. Нужно понять, что о нашем благе заботятся не власти, но — только Всевышний, говоря: «И вот законы, которые изложишь им». Лучшее, что могут сделать власти — не препятствовать распространению законов Творца, не вступать с Ним в конфронтацию. Ведь мы уже много раз убеждались, что воинствующее безбожие ни к чему хорошему не ведет.   на основе комментария рава Исраэля-Йосефа Бронштейна (Израиль, наше время)     2. Чувства раба поймет только тот, кто сам был рабом   Наша недельная глава называется Мишпатим — законы. В ней, как следует из названия, собраны законы, регламентирующие жизнь еврея. Перечень законов открывают те, что формируют статус раба. Об этом в тесте читаем: «Если купишь еврейского раба, то шесть лет будет служить, а на седьмой год безвозмездно выйдет на волю» (Шемот, гл. 21, ст. 2). Но почему свод еврейских законов начинается с законов о рабе? Сыны Израиля только что вышли из Египта, из дома рабства. Их спины еще помнят боль ударов египетских плетей, а с шей пока еще полностью не сошли следы от ошейников. Это самое подходящее время, чтобы объяснить, что такое рабство, с точки зрения Торы. Проиллюстрирую это притчей. В одном государстве оппозиция устроила заговор против законного монарха. И тому пришлось, спасая жизнь, в спешке покинуть дворец. Он бежал, в чем стоял, ничего не прихватив с собой. Ему удалось ускользнуть, но заговорщики оцепили район его предполагаемого местонахождения и, методично прочесывая местность, сжимали кольцо. Царь в отчаянии постучался в дверь первого попавшегося дома. Его глаза молили о спасении, а губы взывали к вышедшему на порог хозяину: — Пожалуйста, спрячь меня! Тот быстро все понял, оценил ситуацию и завел царя в старый, запущенный сарай, где хранился всякий хлам. Он велел монарху лечь на пол и навалил на него кучу рваного тряпья. Царь скрючился в неудобной позе, стараясь не дышать. От аллергии на пыль у него слезились глаза, и потекло из носа. Вскоре в дверь забарабанили преследователи. — Открывай, иначе выломаем дверь! Хозяин вынужден был отпереть. И те, бросив «посторонись!» — оттолкнули его и ворвались в дом. Обшарили каждый угол, перевернули все вверх дном. А потом потребовали открыть сарай. Один из них подошел к куче тряпья, под которой прятался царь и несколько раз ударил по ней прикладом. Царь заскрипел зубами от боли, но все же не вскрикнул и даже не застонал. Бунтовщик, к счастью ничего не заметил. Все вооруженные люди покинули дом. Выждав какое-то время, царь поблагодарил своего спасителя и под покровом темноты отправился восвояси. Ему удалось собрать сохранившие верность войска и подавить мятеж. И вот, он уже восседает на троне и принимает от подданных поздравления и заверения в верности. Монарх очень обрадовался, когда перед ним предстал хозяин дома, спасший ему жизнь. — Как мне отблагодарить тебя? Проси все чего пожелаешь! — По правде говоря, у меня и так все есть, я ни в чем не нуждаюсь. Но если позволишь, хотел бы знать, что ты чувствовал, лежа под кучей тряпья, и особенно — когда тебя охаживали прикладом? Лицо царя исказилось от гнева. — Схватить наглеца и повесить! — Пощадите! Забудьте мой дурацкий вопрос! Как будто я ничего не спрашивал. Черт дернул меня за язык! — испугался спаситель. — Поздно! Сказанного не воротишь. За такую наглость тебе придется держать ответ! Никакие мольбы не помогли. Бедолагу выволокли из дворца на площадь, соорудили виселицу и одели на голову мешок, а на шею петлю. Зазвучала барабанная дробь, и палач начал обратный отсчет. При счете «один» царь взмахом сабли перерубил веревку. — Надеюсь, теперь ты понял, что я тогда чувствовал?.. Никакие слова не могут описать, что значит быть рабом. И только сыны Израиля, вышедшие из рабства на свободу, чьи тела еще помнили боль ударов, и мышцы ныли от непосильного труда — были в состоянии это понять. Поэтому, пока воспоминания свежи, пока не начали забываться — Тора, используя момент, поставила законы о рабе во главу угла.   на основе комментария рава Хаима Шмулевича (глава йешивы «Мир» в Иерусалиме, 1901-1978 гг.)       Автор текста Мордехай Вейц