Материалы сайта www.evrey.com
Посещайте наш сайт ежедневно!


Недельная глава Четырнадцатый цикл обсуждения
ГЛАВА

ГЛАВА «Аазину»

Место в Торе: Дварим, гл. 32, ст. 1 - гл. 32, ст. 52.

Почему она так называется?

В начале первой фразы сказано: «Вслушайтесь Небеса, и я буду говорить...».

Вслушайтесь на иврите — аазину.

Обсуждение главы Аазину

1. Что ближе: земля или небо?

Наша глава начинается с обращения к небу и земле: «Внемлите Небеса, и я буду говорить, и услышит земля речи моих уст» (Дварим, гл. 32, ст. 1).

Мы видим, что Моше призвал небо и землю в свидетели. Может показаться, что Небесам Моше велит слушать, а земля — услышит сама. На самом же деле, то, что услышит земля, услышит, конечно, и Небо. Просто Моше вначале призвал Небеса. Но, чтобы они знали, кто будет свидетелем вместе с ними, сказал им: «И услышит земля речи моих уст».

Сказано в Талмуде (трактат Сангедрин, лист 23), что иерусалимские знатоки Торы никогда не подписывались под документом в качестве свидетелей, если не знали, кто еще должен под тем же документом поставить свою подпись.

Поэтому Моше, пророчествуя об Израиле и призывая Небеса в свидетели, сообщил, что земля также избрана свидетелем, наряду с Небесами.

Интересно, что в Танахе, в книге Невиим («Пророки») находим похожее обращение: «Слушайте Небеса, и внимай земля» (книга пророка Йешаягу, гл. 1, ст. 2). 

В отличие от Моше, пророк Йешаягу обращается к небесам — «слушайте», а к земле — «внемли». Учителя объясняют, что обращение «внемли» используется, если объект — близко. Тогда как «слышать» и «слушать» можно и на расстоянии. 

Поэтому Моше, который был ближе к Небесам, чем к земле, именно по отношению к ним употребил обращение «внемлите». А  о более далекой земле сказал, что она — «услышит». Пророк Йешаягу все же был ближе к земле, чем к Небесам. Поэтому именно к ней он обратился глаголом «внимай».  

Моше в своем последнем наставлении сынам Израиля подчеркнул, какое важное значение имеет в жизни еврея служение Всевышнему. А также поведал — какая роль отводится в мире праведнику. Влияние праведника, — отметил он, — распространяется и на духовные миры. Настолько значимое, что само воинство Всевышнего из высших миров выполняет его поручения. И в Торе об этом сказано: «И возвратились малахим (множественное число от слова малах, в условном переводе — «ангел») к Яакову (Берешит, гл. 32, ст. 7). Или, к примеру, чтобы вернуть служанку Агарь к ее госпоже, нашей праматери Саре, в деле этом участвовали три или даже четыре малаха (Берешит, гл. 16, ст. 7-13). Потому что все духовные миры — во власти праведника.

При анализе рассматриваемой нами фразы нашей недельной главы возникает и другой вопрос:

Мы видим, что по отношению к небесам сказано: "внемлите" и использован глагол "говорить". Земля же - "услышит речи". 

Возникает вопрос: почему Моше, призывая в свидетели Небо и землю, использует в обращении к ним разные выражения?

«Внемлите Небеса, — написано здесь, — и я буду говорить, и услышит земля речи моих уст».

Когда в Торе используется слово «говорить» (на иврите — ледабер), в разных его формах, — разъясняют в Талмуде (трактат Макот, лист 11) Учителя, — предполагается некая жесткость, напор. Речение же (амира) подразумевает мягкость обращения.

Изучая Тору, можно столкнуться с серьезными проблемами, когда без детального анализа, сопоставления с другими фрагментами и т.п. — понять истинный смысл текста невозможно. Но есть темы, которые, казалось бы, не требуют особых усилий. Они, на первый взгляд, и без того — понятны.

Для изучения трудных текстов необходимо внимательно вслушиваться в них, напрягать внимание, много раз проговаривать отдельные фразы. Тогда как «легкие» темы в напряжении как будто бы не нуждаются.

Однако же разные подходы к изучению Торы дают и разные результаты. Серьезное, углубленное постижение способствует духовному развитию и обретению мудрости. Но если человек удовлетворяется тем, что ему без усилий доступно — он топчется на месте и духовно не растет.

Взяв за основу эти соображения, мы сможем лучше понять рассматриваемый нами отрывок.

«Внемлите Небеса», — произносит Моше. То есть, если ты с вниманием внемлешь словам Небесной Мудрости (Торы), прилагаешь усилия к ее изучению, на разные лады проговаривая фрагмент за фрагментом, духовный рост (приближение к Небесам) — тебе обеспечен. И получается, будто ты ведешь разговор (дибур) с Небесами. Поэтому и написано: «Внемлите Небеса, и я буду говорить».

Далее читаем: «…и услышит земля». Когда ты изучаешь лишь то, что дается тебе с легкостью, слегка вслушиваясь в текст, но — не напрягаясь в полную силу, ты будешь топтаться внизу (на земле). Поэтому здесь и используется понятие «амира» (речение). На понимание серьезных вопросов, требующих углубленного постижения, рассчитывать тебе — не приходится.  

Употребленное в данном отрывке слово «Небеса» также содержит намек на знатока Торы (на иврите — талмид хахам), посвятившего себя служению Небесам. А «земля» в данном контексте дает намек на простолюдин (ам hа-арец), который занят только земными делами.

Тора, используя слово дибур (речь, разговор), объясняет нам: если вы хотите в чем-то убедить мудреца — необходимо представить ему твердые доказательства, подкрепляя свою позицию фактами, четко формулировать вопросы и давать на них грамотные ответы

на основе комментариев рава Моше-Якова Равикова

(известен и как Сандляр, т.к. имел сапожную мастерскую; уроки, которые он давал по субботам, опубликованы в книге «Ликутей раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)

2. Засияет тебе

Наша недельная глава — это песнь. Левиты исполняли ее в Храме во время субботнего приношения мусаф, при возлиянии вина на жертвенник. 

Эту песнь составил Моше. Когда ее пели левиты, в воздухе разливалось сияние. Ведь, как известно, у самого Моше «сияло лицо» (Шемот, гл. 34, ст. 29). 

В Талмуде говорится, что этот текст был разделен на шесть отрывков, каждый из которых исполнялся по отдельности. В Талмуде (трактат Рош hа-Шана, лист31) Рава (величайший Учитель Талмуда; Вавилон, 4-й век) постановил, что, в соответствии с разделением данного текста в Храме, следует при субботнем чтении в синагоге разделить и главу Аазину.

Таким образом, глава Аазину — единственная глава во всей Торе, в которой разделение на фрагменты для чтения установили Учителя. 

В связи с этим Маген Авраам (рав Авраам Сегаль, автор комментария к Шульхан Аруху «Маген Авраам») отмечает, что в субботу, когда читают главу Аазину, не следует вызывать к Торе дополнительных людей, сверх установленного числа.

Разделение главы Аазину на отдельные отрывки произведено Учителями, еще во времена Эзры (великий пророк, который руководил возведением Второго Храма; его книга входит в состав Танаха). Из начальных букв первых слов этих фрагментов складывается выражение — «засияет тебе». 

Песнь Аазину представляет собой чудесное утешение Израилю. В ней содержится обещание полного избавления и уничтожения идолопоклонства, отмщения врагам сынов Сиона и очищения евреев от прегрешений.

Эзра предвидел, что разделение песни Аазину на шесть отрывков сохранится во всех поколениях. И это означает, что в каждом поколении будет присутствовать этот великий символ — «Засияет тебе». Напоминая евреям, что еще вернется в Израиль сияние Шехины и сыны Израиля вернутся в Эрец Исраэль (на Землю Израиля).

Недельную главу Аазину обычно читают в «Дни Трепета» (перед Рош а-Шана — см. на сайте материалы, посвященные этому празднику), когда весь мир трепещет в ожидании приговора Небесного Суда. В этот период принято уделять особое внимание добрым знакам. В Рош а-Шана на праздничном столе — яблоки в меду, зерна граната, рыбья голова. То есть — символы, как бы обещающие, что наступающий год будет «сладким», что народ Израиля — приумножится и будет во главе, а не в хвосте.

Важнейший знак несет в себе и песнь Аазину

Когда женщина страдает от родовых схваток, ее принято утешать словами: «Всевышний озарит тебя!». Человеку, попавшему в беду, принято говорить: «Творец выведет тебя к свету».  

«Засияет тебе»,— обещает песнь Аазину в тревожное время «Дней Трепета». 

В Талмуде (трактат Сангедрин, лист 31) рассказывается, что раввины города Тверии в письме Мар Укве (Учитель Талмуда в Вавилоне, 4-й век) отметили, что у него сияет лицо, как у сына Батьи (понятно, что имелся в виду Моше, лицо которого сияло). 

Но почему Моше назван здесь сыном Батьи, ведь известно, что его родила Йохевед?

В этом заключается намек на то, что Моше в детстве рос и воспитывался в доме Батьи, а затем — стал «домочадцем» Всевышнего.

Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век), объясняя, почему Мар Укву уподобили Моше, рассказывает такую историю. 

Мар Уква был бааль тшува (вернувшийся на путь Творца). Однажды его дурное начало (йецер а-ра) устроило ему ловушку, настолько хитроумную, что тот едва в нее не угодил. Но в последний момент, ценой неимоверных усилий, Мар Укве все же удалось преодолеть одержать победу над йецером.

После этого, когда Мар Уква появлялся в людном месте, свеча, зажженная с Небес, всегда сопровождала его. На сияние этой свечи и намекали в своем письме раввины из Тверии.

Поскольку главу Аазину читают в дни, когда все сыны Израиля совершают тешуву (раскаиваются в проступках и стараются исправить их), «зашифрованное» в главе обещание — «засияет тебе» — служит сынам Израиля надежной поддержкой. Ведь в этих словах как бы отражается сияние лица Моше, горящая свеча Мар Уквы и бесконечный свет Шехины.

на основе комментариев Магарши

(великий комментатор Талмуда, Польша, 16-й век),

рабейну Бехайе

(раби Бехае бар Ашер; известный комментатор Торы,

автор нескольких трудов по вопросам еврейской этики; Испания, 14-й век)

и рава Йосефа Бергера

(Израиль, наши дни) комментария Маарша и комментария рабейну Бехайе

.

3. Можно ли лечить ухо в шаббат?

Изучая первую фразу нашей недельной главы — «Внемлите Небеса, и я буду говорить, и услышит земля речи моих уст» (Дварим, гл. 32, ст. 1) Учителя в Мидраше (Мидраш Раба на книгу Дварим, гл. 10) заключают, что у Неба есть рот, сердце и ухо.

Откуда известно, что у Небес есть рот? Так ведь в Танахе написано: «Небеса вещают о славе Творца» (Теилим — Псалмы царя Давида, гл. 19, ст. 2).

Где же говорится о сердце? — в книге Дварим, в которой читаем: «И гора пылала в огне до сердца Небес» (гл. 5, ст. 20).

Что же касается уха — намек на его наличие у Небес мы находим в нашей недельной главе: «Внемлите Небеса». 

Но что нам дают эти открытия?

Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век), комментируя рассматриваемый отрывок из нашей главы, объясняет, что Моше перед смертью призвал Небо и землю в свидетели. Ведь если евреи после его смерти вдруг начнут отрицать, что приняли Тору — кто подтвердит факт, что они сделали это, стоя у горы Синай? Конечно же — Небо и земля, существующие вечно. Не найти лучших свидетелей…

Но есть тут одна проблема.

Известно, что глухой, душевнобольной и ребенок (не достигший совершеннолетия) — не вправе давать свидетельские показания в суде.

Небо и земля — прекрасные свидетели. Но кто сказал, что у них есть рот и уши? Возможно, они подобны глухому, душевнобольному или ребенку, и им запрещено свидетельствовать.

Поэтому Учителя в Мидраше и объясняют, почему Моше избрал в свидетели Небо и землю.

Мы знаем, что Моше был скромнейшим из людей. Сама Тора сообщает об этом (Бамидбар, гл. 12, ст. 3). Так как же он, человек из плоти и крови, может повелевать Небом и землей?

Призывая Небо и землю в свидетели, Моше перед тем, как уйти в мир иной, хотел показать сынам Израиля, что хотя они и получили Тору из его рук, она — от Всевышнего, что он, Моше, не добавил от себя ни одного слова.

Чем скромнее человек, — подчеркивают Учителя, — тем больше у него прав требовать у Неба и земли подчинения.

В Мидраше на рассматриваемый нами отрывок («Внемлите Небеса, и я буду говорить»), Учителя приводят закон, согласно которому, человек, если у него в субботу внезапно возникли проблемы с ухом — может немедленно, прямо в шаббат заняться его лечением

Известно, что даже вероятность угрозы для жизни (на иврите такая ситуация называется — пикуах нефеш) отодвигает субботние запреты, и для спасения любого органа человеческого тела мы не только можем, но — должны делать все необходимое, даже если это повлечет за собой нарушение того или иного закона шаббата.

Но почему Учителя сочли нужным сказать о болезнях уха — отдельно? Чем ухо отличается от остальных частей тела?

Многие раввины придерживаются позиции, что в шаббат не следует изучать мусар (наставления морально-этического содержания). Потому что они навевают грусть. А в субботу еврею грустить — запрещено.

Возникает вопрос: почему ради излечения тела разрешено нарушать законы субботы, а для врачевания души — нет? 

Ведь мусар — лучшее лекарством для души. Как сказано об этом в Танахе: «Держись наставления (мусара), не оставляй, храни его, потому в этом — жизнь твоя» (Мишлей — Притчи царя Шломо, гл. 4, ст.1 3).

При лечении тела нужно помнить правило: если необходимые для этого действия можно отложить до окончания шаббата (разумеется, без ощутимого вреда для здоровья) — производить их в субботу нельзя.

То же самое можно сказать и об изучении мусара. Зачем изучать его именно в субботу, если можно подождать до наступления будней?

Это верно в отношении всех суббот года, кроме одной.

В каждый из семи дней раскаяния между Рош hа-Шана и Йом Кипуром можно исправить проступки, которые были совершены в определенные дни недели уходящего года. Так в четверг можно исправить ошибки всех четвергов, в пятницу — те, что были допущены по пятницам, а в шаббат, соответственно — исправить нарушения всех суббот года.

Значит в шаббат недели раскаяния разрешено изучать мусар. Ведь в будний день невозможно исправить то, в чем ты ошибся в субботу.

Теперь мы лучше можем понять, о чем говорится в Мидраше. 

А говорится в нем о том, что человек, у которого возникли проблемы с ухом, потому что он выслушивал сплетни и/или наветы (что законами нашей традиции — запрещается), он может излечиться, внимая словам мусара. И делать это нужно в «субботу раскаяния»…

на основе комментариев рава Авраама Хизкуни

(автор труда «Штей Ядот»; 17-й век, Италия)

рава Эльханана Вассермана

(главы йешивы «Барановичи»)

рава Менахема-Менделя из Коцка

и рава Хаима Рапопорта

(глава раввинского суда в местечке Остроги,

автор галахического сборника вопросов и ответов «Маим Хаим»)