В первой фразе главы сказано: «И поселился Яаков в стране проживания своего отца, в стране Кенаан...».

И поселился на иврите — вайешев.

Как мы узнаем из содержания нашей недельной главы, у Йосефа с братьями были напряженные отношения. И в тексте читаем: «И приносил Йосеф о них худую славу их отцу» (Берешит, гл. 37, ст. 2).

Йосеф обвинял своих братьев в том, что они пренебрегают шехитой (единственный, разрешенный Торой способ убоя скота и птицы).

Но разве такое могло происходить в доме Яакова? Яаков сам скрупулезно соблюдал все запреты и повеления Торы и своих детей приучил к этому с малых лет. Братья Йосефа впитали в себя отцовскую любовь к Торе, и неукоснительно следовали ее законам.

Тогда откуда взялась «худая слава»? Йосеф не мог это придумать.

У Яакова хранилась составленная еще самим Авраамом книга Сефер Йецира. В ней были собраны основы глубинных знаний внутренней Торы. Изучая ее, братья научились создавать различные предметы и даже животных. Как-то они, таким образом, создали теленка. Этого теленка, не рожденного матерью, но — созданного с помощью знаний, полученных из Сефер Йецира, лишь номинально можно было причислить к животным. Поэтому, перед тем как есть его мясо, делать шехиту — вовсе не обязательно. К этому теленку также не относился и запрет на то, чтобы есть от живого. Необычный теленок не чувствовал боли, поэтому на него не распространялся закон, запрещающий причинять страдания животным.

Однако Йосеф считал, что, поскольку теленок выглядит точь в точь, как обычный, то и шехитой пренебрегать не следует. Ведь если кто-то, наблюдая за действиями братьев со стороны, увидит, что они едят мясо теленка, которому предварительно не сделали шехиту, но отрезали кусок мяса от живого — он решит, что и всем телятам вообще необязательно делать шехиту, да и прочие запреты в отношении них можно не соблюдать. 

Когда некое действие по букве закона — может быть разрешено, но есть опасение, что оно будет истолковано сторонним наблюдателем, как нарушение запрета — от этого действия следует воздержаться. На языке Торы этот принцип носит название — марит аин. 

Йосеф считал, что его братья систематически нарушают правило марит аин. Это и было «худой славой», которую он «приносил отцу». 

А что же отец?

Яаков, как известно, был женат на двух сестрах. Написано в Торе: «И жены к сестре ее не бери соперничать» (Ваикра, гл. 18, ст. 18). Однако жены Яакова, Рахель и Лея, были сестрами только по отцу. Родились они у разных матерей. А женщины, прошедшие гиюр и являющиеся сестрами по отцу, но не по матери, согласно букве закона, могут выйти замуж за одного и того же мужчину (при условии, что разрешено многоженство). При этом в Шульхан Арухе (раздел Йоре Деа, гл. 269, п. 63) сказано, что это запрещено, исходя из принципа марит аин.

Таким образом, Йосеф, «принося худую славу» о братьях, делал тем самым худо не только им, но и их отцу. Сообщая о том, что братья нарушают принцип марит аин, он напоминал Яакову, что и у того были с этим проблемы. Худая слава отцу оборачивалась худой славой отца.

В нашей недельной главе мы читаем о том, что Йосеф рассказывает братьям свой сон. И в тексте с описанием сна есть такая фраза: «И вот мы вяжем снопы среди поля» (Берешит, гл. 37, ст. 7).

Как мы уже знаем, сны Йосеф видит — пророческие. Каждый образ, каждое слово содержат в себе предсказания.

Раби Аха (Учитель Талмуда, 4-й век, Вавилон) обращает внимание на то, что у слов «вязать снопы» и «скрывать», «утаивать» (разумеется, на иврите) — похожее звучание.

В Мидраше говорится, что в этом сне Йосеф иносказательно сообщает братьям, что в будущем им придется кое-что утаить от отца. Что они скажут Яакову, что какая-то хищная тварь растерзала Йосефа. На самом же деле он, Йосеф — уцелел. И спасло его — молчание его матери (Мидраш Раба на книгу Берешит, гл. 54).

То, что сказано в этом Мидраше о сне Йосефа, безусловно, нуждается в разъяснении.

И в самом деле. Как, например, молчание матери может спасти от когтей и клыков хищного животного?

Впрочем, сначала выясним, о ком здесь идет речь?

«Хищная тварь», — объясняют Учителя, — это жена Потифара. О том, как она попыталась соблазнить Йосефа, говорится в продолжение нашей недельной главы. Забегая немного вперед, скажем, что Йосеф — выстоял. Он не поддался ее женским чарам — вырвался из хищных лап светской львицы. Как в Торе написано — «И отказал он» (Берешит, гл. 39, ст. 8).

Но как удалось Йосефу выстоять в этом испытании?

Сам он говорит об этом так: «Ведь мой господин…» (Берешит, гл. 39, ст. 8).

Как видим, сдерживающим фактором оказался для Йосефа — «господин». Подразумевая своего отца, Яакова.

Йосеф знал — Яаков не прощает разврат.

Вспомним, что произошло с другим сыном Яакова, Реувеном.

В Торе читаем: «И пошёл Реувен и лег с Билой» (Берешит, гл. 35, ст. 22).

За этот дерзкий поступок, Яаков лишил Реувена статуса первенца и передал его Йосефу.

Пример Реувена стал Йосефу — наукой. Ведь умный учится на чужих ошибках. 

Но если бы в свое время Рахель не смолчала и не позволила бы своей сестре Лее выйти замуж за Яакова — Реувена и вовсе на свете не было бы. Стало быть, Йосеф не смог бы учиться на его примере.

В нашей недельной главе читаем: «И сказал он ему: Пойди же, посмотри, все ли в порядке с братьями твоими и в порядке ли скот, и принеси мне ответ» (Берешит, гл. 37, ст. 14).

Итак, Яаков отправляет Йосефа проведать братьев. Возникает вопрос: почему Яаков так пространно изъясняется? Ведь все это можно было бы сказать гораздо короче. Например, так: «Пойди, посмотри, все ли в порядке с братьями твоими и со скотом?». А, кроме того, зачем добавлять — «и принеси мне ответ»? И без этого предельно ясно, что Яаков отправляет Йосефа к братьям, чтобы узнать, как у них дела.

В Талмуде (трактат Песахим, лист 3) рассказывается, как некий человек по имени Йоханан отправился из города в деревню. Цель его путешествия — узнать, в каком состоянии находится урожай зерновых.

Когда он вернулся в город, друзья подступили к нему с вопросом: уродилась ли пшеница?

В тот год урожай пшеницы был весьма скудным. Но Йоханан не хотел становиться глашатаем дурной вести. Поэтому на вопрос о пшенице он ответил:

— Ячмень уродился!

Из этого его ответа друзья поняли, что пшеница не уродилась.

— Иди и сообщи это лошадям и мулам! — с недовольными выражениями лиц сказали они Йоханану.

Известно, что лошади и мулы питаются ячменем. И в Танахе об этом сказано: «И ячмень, и солому для лошадей и для мулов доставляли в назначенное место» (первая книга Мелахим — Царей, гл. 5, ст. 8). 

Но, что именно не пришлось по вкусу в словах Йоханана? Ведь он специально сформулировал ответ так, чтобы дурная весть в нем не прозвучала. 

Однако же он упомянул ячмень, а ячмень, как ни крути — все же уступает пшенице... 

Как тогда ему нужно было ответить?

На вопрос уродилась ли пшеница, Йоханану подобало сказать: в прошлом году был отличный урожай! Из этого стало бы ясно, что сейчас урожай — никудышный. При том, что ничего дурного произнесено не было бы.

Теперь вернемся к Яакову и Йосефу. 

Чтобы Йосефу не пришлось принести дурную весть, Яаков предлагает ему воспользоваться неким условным кодом.

«Принеси мне ответ», — говорит сыну Яаков. Подразумевая, что даже если что-то пойдет не так, Йосеф все равно сможет оповестить об этом отца. И не придется ему сообщать дурную весть. Если возникнет необходимость предупредить о несчастье, которое произошло с братьями, вместо этого, можно сказать: со скотом все в порядке. А если беда коснется скота — можно сказать, что братья целы и невредимы.

Кто-то может удивиться: к чему эти игры в иносказания? Для чего нужна двусмысленность? Не лицемерие ли это?

Ничего похожего. Просто если праведник, изначально настраивает себя на то, чтобы ни при каких обстоятельствах не приносить дурные вести — ему и не придется делать это.