Материалы сайта www.evrey.com
Посещайте наш сайт ежедневно!


Недельная глава Четырнадцатый цикл обсуждения

ГЛАВА «КОРАХ»

 

Место в Торе: Бамидбар, гл. 16, ст. 1 — гл. 18, ст. 32.

 

Почему она так называется?

По имени в первой фразе главы: «И взял Корах, сын Ицѓара, сына Кеѓата, сына Леви…».

 

Обсуждение главы «Корах»

 

1. Неудачный прыжок

 

В нашей недельной главе читаем о том, что Корах решает выступить против Моше и Аарона. И в самом ее начале написано: «И взял Корах...» (Бамидбар, гл. 16, ст. 1). 

Но с чего ему начать спор? За что зацепиться? К чему придраться? 

Предыдущая глава (Шелах) заканчивается повелением Всевышнего о цицит (об этой заповеди — см. на сайте, к примеру, в ответе «Помогите глубже понять суть заповеди о цицит», № 4439 — с материалами, обозначенными в нем ссылками). Как сказано: «Говори сынам Израиля, чтобы делали они себе кисти на краях одежды» (Бамидбар, гл. 15, ст. 38).

Соседство темы о цицит с описанием бунта Кораха, как мы уже понимаем — неслучайно. Именно выполнение заповеди о цицит решил использовать Корах в качестве оружия против Моше.

В Мидраше (Мидраш Раба на книгу Бамидбар, гл. 18) рассказывается, что, что Корах, подступив к Моше, сказал, что талит (см. в упомянутом выше ответе) любого цвета нуждается в нити цвета тхелет (цвета лазури). Это всем известно. Но, если весь талит цвета тхелет — разве ему нужна еще голубая нить?

Эту «странную придирку» и использовал Корах в качестве предлога для восстания. Неужели он — Корах считался неглупым человеком — не мог придумать что-нибудь получше, повесомее?

Впрочем, подозрения в отношении Кораха возникли даже еще до того, как он открыл рот.

В тексте оригинала этого фрагмента в Мидраше написано, что Корах не подступил к Моше, но — «прыгнул».

Обычно тот, кто ищет Истину, кто действительно заинтересован получить ответ на свой вопрос — не прыгает, но скромно подходит к учителю и сосредоточенно беседует с ним, сожалея о своем непонимании. А ведь Моше был наставником и учителем всего еврейского народа. Значит — и Кораха.

Если же в заданном вопросе звучат нотки злорадства и насмешки, звучит некий вызов — можно не сомневаться, что вовсе не стремление к Истине заставило человека задать свой вопрос. Но — желание унизить, высмеять оппонента, продемонстрировать свое превосходство над ним.

Горны войны пели в голове Кораха. Поэтому он «прыгнул» к Моше. Не подошел с вежливым поклоном, как подобает ученику перед учителем, но — уподобил себя бойцу, прыгающему в самую гущу схватки. И этим уже — раскрыл свои намерения.

Перед нами — не ученый муж, пытающийся разобраться в сложном вопросе, который возник у него в процессе постижения Торы, человек, жаждущий что-то узнать, но — корыстный интересант, рвущийся к власти под популистскими лозунгами. 

Корах не рассчитал свои силы, переоценил себя. Поэтому его прыжок оказался прыжком — в лужу. И даже еще хуже — в саму преисподнюю.

 

на основе комментария рава Хаима-Дова Альтусского

(автор книги «Хидушей Батра», глава йешивы «Тора Ор»;

США – Израиль, 1927-2012 гг.)

 

 

2. Что не учел Корах

 

В нашей недельной главе рассказывается о бунте, который поднял Корах против Моше и Аарона. И в Торе об этом читаем: «И собрались они против Моше и Аарона, и сказали им: Полно (ударение на первом слоге) вам, ведь вся община, все они святы, и с ними Всевышний. Почему же возноситесь вы над общиной Творца?!» (Бамидбар, гл. 16, ст. 3). 

По мнению Кораха и его соратников, — разъясняет Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век) их претензию, взяв за основу написанное по этому поводу в Мидраше Танхума, — Моше и Аарон незаконно захватывали себе высокие должности. И если уж Моше взял в свои руки царскую власть, ему, на взгляд бунтовщиков, не следовало назначать главным коэном своего родного брата. Ведь не только они, Моше и Аарон, слышали на Синае: «Я — Всевышний твой». Вся община это слышала.

Смысл этой претензии, вообще-то — не очень понятен. Даже если и все евреи — святы, это никоим образом не мешает Моше и Аарону больше других подходить на эти высокие должности. И то, что Всевышний пребывает с общиной — никак не умаляет личные качества Моше и Аарона.

Неужели Корах и сотоварищи опустились до столь безосновательных придирок и нападок? Неужели нельзя было придумать что-то другое, более разумное?

И все же постараемся понять позицию Кораха. Возможно, она содержит какую-то логику. Ведь Корах, как отмечает в своем комментарии к этой недельной главе, был весьма сообразительным человеком.

Когда евреи сотворили золотого тельца, Моше находился в высших мирах, общался с Творцом мира. Но увидев тельца, Всевышний прогнал Моше, сказав ему: «Иди, спустись, потому что извратился народ твой» (Шемот, гл. 32, ст. 7).

Речь идет не только о физическом спуске, — подчеркивает Раши. — Всевышний велит Моше спуститься с «пьедестала» величия, со своего высокого положения.

Ведь Он наделил Моше величием, как говорится в Талмуде (трактат Берахот, лист 32) только ради них, сынов Израиля.

И Моше, как написано в Мидраше Танхума, по решению Небесного Суда — был предан отлучению.

Выходит, величие Моше, его высокое положение, его власть — все это зависит от духовного состояния народа Израиля. Если сыны Израиля живут по Торе и заповедям, Моше — на высоте. Пренебрегают установлениями Творца — Всевышний велит ему спуститься.

Теперь претензия Кораха к Моше и Аарону стала нам понятнее.

«Полно вам!», то есть — «в том, что Вы получили власть и достигли высокого положения — нет вашей личной заслуги. Вся община, все евреи в ней — святы, и с ними Всевышний. В этом причина вашего успеха».

Но, если так, то «почему же возноситесь вы над общиной Творца?». И вот тут-то сообразительность подвела Кораха — он явно дал маху. Этой фразой Корах раскрыл свои истинные намерения — самому вознестись над общиной. По отношению же к Моше и Аарону, упрек в стремлении возвыситься, звучит совершенно нелепо. Их скромность не подлежит сомнению. «А мы, что есть мы?» — говорят они о себе (Шемот, гл. 16, ст. 7).

Заметьте, даже не «кто», но — «что». Существует ли большее пренебрежение титулами?

Да, Корах был умен. Однако же то, что есть люди, которых совершенно не интересуют величие и власть — оказалось выше его понимания.

 

на основе комментария рава Моше-Яакова Равикова

(известен и как Сандляр, т.к. имел сапожную мастерскую;

уроки, которые он давал по субботам, опубликованы в книге «Ликутей раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)

 

3. Моше и чужая жена

 

Написано в нашей недельной главе: «И услышал Моше и пал ниц» (Бамидбар, гл. 16, ст. 4). Такова была реакция Моше на бунт Кораха.

В Талмуде (трактат Сангедрин, лист 110) сказано, что Моше заподозрили в связи с чужой женой.

Это звучит, по меньшей мере — странно. Мы знаем о нападках Кораха на Моше и Аарона из текста Торы и из Мидрашей. Корах обвинял их в стремлении к величию, в узурпации власти, в искажении законов Торы. Но — прелюбодеяние... Будучи пророком и постоянно общаясь с Всевышним, Моше обязан был воздерживаться даже от супружеских отношений со своей собственной женой, а уж с чужой... Неужели кто-то мог помыслить о нем такое?

Впрочем, если это написано в Талмуде, значит нужно не горячиться, но — постараться разобраться, о чем здесь может идти речь.

Начнем с комментария Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век).

Он пишет, что у Моше, когда он узнал о бунте Кораха и понял, в какую распрю тот пытается втянуть народ — буквально опустились руки, и он был не в состоянии молиться о спасении.

Между тем, он уже оказывался в подобной ситуации, и не раз. Например — когда евреи сделали золотого тельца. Тогда Всевышний решил уничтожить идолопоклонников и произвести новый народ от Моше. Как написано: «И уничтожу Я их, а от тебя произведу великий народ» (Шемот, гл. 32, ст. 10).

Теперь откроем Талмуд. В конце трактата Берахот объясняется, как истолковывать сновидения. И в частности, там (лист 57) говорится, что тот, кому приснилось, будто он вступил в близкие отношения с замужней женщиной — удостоится будущего мира. Причем — получит не только свой удел, но еще и удел другого еврея. Так следует понимать этот сон.

Теперь вернемся к нашей недельной главе.

Корах и примкнувшие к нему 250 знатных мужей поднимают бунт против Моше. До сих пор, если Моше попадал в подобную ситуацию, он обращался с мольбой к Всевышнему, молил Его о спасении. Но сейчас, как явствует из комментария Раши, у Моше опустились руки. Он не молился. Возникает вопрос: почему?

— Ты рассчитываешь, что Творец уничтожит нас! — воскликнули бунтовщики. — Ты спишь и видишь, как завладеешь нашими уделами в будущем мире! Ты уподобил нас замужней женщине, с которой задумал вступить в связь. 

Но на самом деле молчание Моше имело совсем другое объяснение. О нем нам и поведал Раши.

Моше не молился о спасении, потому что ему было стыдно. Ведь бунт Кораха был уже четвертым преступлением после золотого тельца, ропота и неудачи с разведчиками. А просить в четвертый раз ему было совестно.

В Мидраше Танхума рассказывается такая притча.

Царский сын провинился перед своим отцом, и приближенный его отца испросил для него прощение. Так было один раз, два раза, три. Когда царский сын провинился в четвертый раз, у его заступника опустились руки. И сказал он: «Как долго смею я тревожить царя? Быть может, он не примет более мое заступничество!» (Танхума).

 

на основе комментария рава Моше-Яакова Равикова

(известен и как Сандляр, т.к. имел сапожную мастерскую;

уроки, которые он давал по субботам, опубликованы в книге «Ликутей раби Моше-Яаков»; конец 19-го — первая половина 20-го вв.; Белорусь — Эрец Исраэль)

 

 

Автор текста Мордехай Вейц