Материалы сайта
www.evrey.com
Посещайте наш сайт ежедневно!
Автор текста Мордехай Вейц
Восемнадцатый цикл обсужденияГЛАВА «Ве-зот а-бераха»
Место в Торе: Дварим, гл. 33, ст. 1 — конец книги Дварим.
Почему она так называется?
Первая фраза начинается так: “Вот благословение, которым благословил Моше... сынов Израиля...”.
Вот благословение на иврите — ве-зот а-браха.
Обсуждение главы Ве-зот а-браха
Написано в нашей недельной главе: «Тора, которую заповедал нам Моше — наследие общины Яакова» (Дварим, гл. 33, ст. 4).
В Талмуде (трактат Сукка, лист 42), что ребенка, когда он начинает говорить, отец должен обучить этой фразе. Выходит, что слова «Тора, которую заповедал нам Моше - наследие общины Яакова» — одна из первых фраз в жизни человека.
Но почему именно она?
Впрочем, и сама фраза звучит не совсем понятно. Ведь это слова Моше. Значит, должно было быть — «Тора, которую я заповедал вам».
Но если мы прочтем фразу, предшествующую нашей, ее окончание — все встает на свои места.
Вот завершение предыдущей фразы: «…Произносят твои слова» (Дварим, гл. 33, ст.3). И вслед за этим — «Тора, которую заповедал нам Моше — наследие общины Яакова».
Получается, что тот, кто произносит эти слова, выполняет завет Моше. Очень символично, что детей учат говорить именно с этого.
Моше не случайно называет Тору наследием, наследством. Подобно тому, как наследство получают все дети — и умные, и глупые (главное — чтобы они были детьми, потомками, наследниками). Так же и Тора — наследие всего Израиля, и каждый может воспринять из нее столько, сколько сможет и пожелает.
Не было еще такого, чтобы еврей хотел изучать Тору, а ему в этом отказали бы. Учителя в Иерусалимском Талмуде (трактат Бава Батра, гл. 8) отмечают, что употребленное в оригинале слово «мораша» (наследство, наследие) указывает на некий изъян, некий ущерб.
Но какой может быть изъян в нашем случае, в «наследии общины Яакова»?
Дело в том, что человек может усердно изучать Тору, потратить на учебу много времени, вложить в это немало сил. А потом... все забыть.
И действительно, если бы сыны Израиля восприняли Тору от самого Всевышнего непосредственно — они никогда не смогли бы ее забыть. Всевышний — вечен, следовательно, и обучает Он — навечно.
Но Торе учил народ не Всевышний, учил — Моше. Поэтому изученное может забыться.
Эта идея заложена в нашем фрагменте.
«Тора, которую заповедал нам Моше» — Тора, которую мы слышали от Моше, получили через Моше, но не напрямую от Всевышнего. Поэтому она — мораша. То есть — может быть забыта, и тем самым изучающему ее будет причинен ущерб.
В Талмуде (трактат Хагига, лист 9) Учителя предлагают средство, используя которое человек не забудет то, что постиг в Торе. Чтобы наверняка запомнить какой-либо отрывок из нее, — наставляют они, — нужно проучить его сто один раз.
Сто один — это гематрия (числовое значение) имени малаха (в условном переводе — «ангел») Михаэля, ведающего обучением.
Сам Моше, конечно же, был осведомлен и об этой опасности, подстерегающей человека, изучающего Тору, о средстве, помогающем этому противостоять. Это средство он передал нам вместе с заветом изучать Тору.
Вот оно, спрятано в слове «цива» (заповедал). Гематрия слова цива — сто один.
на основе комментариев раби Хаима бен Атара
(известен и как Ор
hа-Хаим;
один из крупнейших комментаторов Торы;
Марокко–Израиль, первая половина 18-го века)
и рава Авраама-Йеhошуа
Гешеля из Кракова
(автор книги «Ханукат
hа-Тора»,
Польша, 1595-1663 гг.)
Горячий спор, которого не было
В нашей недельной главе о благословении Моше написано: «И вот благословение... которым благословил Моше сынов Израиля перед своей смертью» (Дварим, гл. 33, ст. 1).
Комментируя этот фрагмент в Мидраше (Мидраш Раба на книгу Дварим, гл. 11), Учителя приводят фразу из Мишлей (Притчи царя Шломо; гл. 31, ст. 29): «Многие дочери преуспели, но ты превзошла их всех!».
Эта фраза, — говорят Учителя, — о Моше, который превзошел по своему духовному уровню всех остальных людей, когда-либо живших на земле.
Отметим, что Моше противостояли весьма известные и заслуженные оппоненты: первый человек, Адам, праведный Ноах и праотцы еврейского народа — Авраам, Ицхак и Яаков. И каждого из них Моше одолел в споре.
Адам заявил, что превосходит Моше, поскольку он — творение рук самого Всевышнего.
— Только ты утратил (после совершенной ошибки) весь свой почет и все свои сильные качества — возражает Моше. — Обо мне же сказано: «Не ослабело его зрение, и не покинула его сила» (Дварим, гл. 34, ст. 7).
Адам был побежден.
Следующим против Моше выступил Ноах. Он сказал, что превосходит Моше, потому что в заслугу своей праведности был спасен от Потопа.
— Все верно, — улыбнулся Моше, — за исключением одного: ты спас себя, свою семью, но все остальные люди, все человечество — погибли. Ты не в силах был спасти свое поколение. Я же спас и себя и всех остальных сынов Израиля, когда Всевышний пожелал их уничтожить за то, что они создали золотого тельца.
Так Моше одолел Ноаха.
— Я кормил путников, давал им пропитание, — заметил Авраам, намекая на свое превосходство.
— Ты кормил необрезанных язычников, — парировал Моше. — Я же поддерживал мой народ. Ты устанавливал свой шатер в заселенной местности. А я сорок лет обеспечивал сынов Израиля всем необходимым. В пустыне, в земле незасеянной, — поставил победную точку Моше.
— Я лежал на мизбеахе (в условном переводе — «жертвенник»), — вступил в разговор Ицхак. — Мои глаза видели Шехину (Присутствие Всевышнего).
— Твои глаза видели Шехину и... ослепли. А я разговаривал с Всевышним «лицом к лицу», но мое зрение не ослабло — я превосходно все вижу, — торжествовал Моше.
— Я боролся с малахом (в условном переводе — «ангел»), — сказал Яаков. — И одолел его…
— Ты боролся с малахом на своем поле, на своей территории (внизу, на земле). Я же поднялся к малахим (множественное число от слова «малах»), в место их обитания, в их мир (мир Йецира), и они содрогнулись передо мной, отступили и уступили мне... Чистая победа.
Истинны слова Шломо — «Многие дочери преуспели, но ты превзошла их всех!».
Тот, кто всех превзошел, — заключил Всевышний, — пусть благословит народ Израиля. И вот благословение!
Этот Мидраш, который здесь пересказан, конечно, нуждается в разъяснении.
Что это за странный спор между людьми, которые жили в разные эпохи? И разве может быть, что Моше, скромнейший из людей, вдруг стал доказывать свое превосходство?
В действительности не было никакого спора (и не могло быть). Просто Учителя в Мидраше смоделировали тот «спор» — чтобы объяснить, почему Моше вознесся над всеми остальными праведниками, почему удостоился права благословить Израиль.
Пользуясь этой логикой, можно объяснить и описанный в Талмуде (трактат Сангедрин, лист 108) диалог (скорее, даже, препирательство) между Ноахом и Вороном по окончании Потопа.
Ноах отправил Ворона на разведку — посмотреть спала ли вода и где можно причалить. Но тот летал вокруг ковчега и не исполнял поручение, потому что подозревал, что Hoax хочет отнять у него самку (Берешит, гл. 8, ст. 7).
Ворон, конечно же, не владел речью. Просто, таким образом, Учителя, разъяснили нам сказанное в Торе, изобразив для наглядности слова ее в виде спора.
на основе комментария рава Ицхака Зеэва Ядлера
(автор книги «Тиферет Цион», Иерусалим, 1843-1917 гг.)
Почему страдают геры
Написано в нашей недельной главе: «Всевышний от Синая пришел, и показался им в сиянии от Сеира, явился от горы Паран» (Дварим, гл. 33, ст. 2).
А в Танахе (книга пророка Хавакука, гл. 3, ст. 2) сказано: «Всевышний из Теймана (Йемена) придет».
В Талмуде (трактат Авода Зара, лист 2) разъясняется, что речь здесь идет о даровании Торы.
Творец предлагал ее разным народам, но все они ее отвергли. И только сыны Израиля согласились принять Тору.
Запомним это объяснение, оно нам еще пригодится. И откроем другой том Талмуда (трактат Йевамот, лист 48).
В нем Учителя задаются вопросом: почему страдают геры (бывшие неевреи, присоединившиеся к еврейскому народу, пройдя процесс гиюра)?
И отвечают: потому что задержались с гиюром.
Этот ответ, по меньшей мере — удивляет. Разве у неевреев есть обязанность проходить гиюр?
А если и есть, то почему геры должны страдать? Ведь они-то, рано или поздно, но все же — прошли гиюр. Пусть страдают те неевреи, которые вообще даже и не думали об этом.
Чтобы разобраться, нам нужно вернуться к моменту дарования Торы.
Итак, Всевышний поочередно предлагает ее каждому народу в мире. И раз за разом — получает отказ.
Следует учесть, что\. хоть все народы мира (кроме еврейского) и отказались принять Тору и следовать ей, были среди них все же и просветленные люди, проникшиеся любовью к Торе, жаждавшие ее и готовые ее исполнять.
Они были — в меньшинстве. Но — почти в каждом народе.
Их стремление к Торе — не пропало, не кануло в небытие. Искры духовности, зажженные Торой, вспыхивают в душах их потомков, волнуют их сердца, не позволяют быть как все, не дают с головой погрузиться в трясину материальности. И эти белые вороны, в конце концо, становятся герами, входя под крылья Шехины (Присутствия Всевышнего).
Вместе с тем, среди сынов Израиля были такие, что согласились принять Тору из меркантильных соображений, но отвергли ее в сердце своем.
Бунтовщики и богоборцы последующих поколений, все эти «мендельсоны» (речь — о духовном предтече нееврейской религии, «реформированном иудаизме»), эти «диманштейны» и «бронштейны» (от фамилий двух лидеров партии большевиков) — получили их души.
Об этом говорилось в главе Ницавим, где написано — «Может, есть среди вас корень ядовитого растения и полыни» (Дварим, гл. 29, ст. 17).
Горький корень прорастает и дает всходы. Со временем появляются отравленные цветы зла, дающие ядовитые семена. Все это — не за один день, не сейчас, не сегодня. Яд может вызревать не одно поколение. Корень — отец. Побеги, цветы и семена — его потомки, близкие и далекие, разные поколения, живущие в разлные эпохи.
Но вернемся к герам.
Они потомки тех, кто всей душой хотел принять Тору. Значит, их души уже с рождения были готовы к гиюру. И, следовательно, за промедление может последовать наказание.
Поэтому истинные геры — часто страдают.
Что касается остальных представителей народов мира — нет оснований наказывать их. Ведь они никак не связаны ни с Торой, ни со Шехиной, ни с еврейским народом.
на основе комментариев Рамбана
(Рабейну
Моше бен Нахман — Нахманид; великий комментатор Торы, Танаха и Талмуда;
Испания – Эрец Исраэль, конец 12-го – начало 13-го вв.),
Ари (раби Ицхак Лурия Ашкенази, один из крупнейших каббалистов;
Эрец Исраэль, 16-й век)
и рава Авраама-Шмуэля-Биньямина Софера
(глава знаменитой йешивы города Пресбурга;
известен и как Ктав Софер — по названию написанной им книги «Ктав Софер»;
Словакия – Венгрия, 1815-1871 гг.)
В нашей недельной главе читаем: «Тора, которую заповедал нам Моше — наследие общины Яакова» (Дварим, гл. 33, ст. 4).
Мы приняли Тору и не оставим ее, — пишет Раши (раби Шломо бен Ицхак — величайший комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век) в своем комментарии на этот фрагмент.
Иную грань Истины, дополнительный глубокий смысл в этой фразе открывают Учителя в Талмуде (трактат Песахим, лист 49). Учителя открывают нам дополнительный глубокий смысл, содержащийся в этой фразе. Читай не «мораша» (наследие), — говорят они, — но — «меураса», что в переводе означает — «обрученная» (оба слова в оригинале пишутся одинаково, состоят из тех же букв).
Учителя со страниц Талмуда протягивают нам нить, которую мы должны ухватить. Тогда, держась за нее, мы сможем пройти по дорогам мудрости. Но что они имеет в виду?
Многие люди почитают Тору. Но— по-разному.
Есть люди, которые видят в Торе некую диковину, несомненно, имеющую ценность, как редкий экземпляр коллекции древностей, но в современной жизни, едва ли применимую. Поэтому с нее, время от времени, бережно стирают пыль, как со старинного фолианта, доставшегося в наследство от бабушки. Ее с гордостью демонстрируют гостям, она занимает достойное место в семейном интерьере.
Открыть ее и начать читать, изучать? Нет, такое в голову не приходит. Разве Тора для этого?
И еще, возможно, вы встречали хорошо воспитанных молодых людей, почитающих старость. Они усаживают дедушку во главе стола, всячески ухаживают за ним, подкладывая что-нибудь вкусненькое. Могут даже снисходительно выслушать его, изобразив на лице вежливую улыбку. Но всерьез не относятся к словам пожилого, умудренного жизнью человека. И тем более — не станут обращаться к нему за советом.
Что, мол, эти старики понимают в проблемах современной молодежи? Их время безвозвратно прошло.
Именно к этим категориям людей обращаются Учителя, говоря — читай не «мораша» (наследие), но — «меураса».
Тора — не старинная статуэтка, полученная по наследству, не сборник сказаний былых времен, не памятник древней культуры, канувшей в лету. Она — невеста, навсегда обрученная с тобой. Свежая, молодая, желанная, пленяющая своей красотой и мудростью.
Кто так воспринимает Тору, того, как сказано в мишне (трактат Авот, гл. 6, мишна 1) — «Тора возводит на царский престол и дарует власть»
Ведь не зря написано в продолжение нашего фрагмента: «И станет царем в Йешуруне» (Дварим, гл. 33, с. 5).
на основе комментария рава Йехиэля Яакова Вайнберга
(автор книги «Сридей Эш», Россия, Литва, Германия, Польша, Швейцария; 1884-1966
гг.; похоронен в Иерусалиме)
В нашей недельной главе говорится о смерти Моше. Написано: «И умер там Моше, слуга Всевышнего» (Дварим, гл. 34, ст. 5).
Дату смерти Моше знал Аман. Он выбирал день для «окончательного решения еврейского вопроса». И когда жребий (пур) пал на месяц Адар, Аман очень обрадовался. Ведь в этом месяце умер Моше.
Только не ведал этот злодей, — отмечают Учителя в Талмуде (трактат Мегила, лист 13), — что Моше умер седьмого Адара, и седьмого же Адара он родился.
Возникает вопрос: перенес бы Аман антиеврейский указ на другой месяц, если бы знал, что Моше не только умер седьмого Адара, но и родился в этот день? И если да, то почему? Где логика?
Рождение Моше, конечно, благотворно влияет на судьбы евреев, добавляет им удачи и везения. Но ведь факт, что Моше умер тоже в Адаре, должен был, казалось бы, нивелировать все «бонусы», полученные благодаря его рождению в этом месяце. Разве не так?
Известно, что Аман тщательно проверял каждый месяц, прежде чем отыскал наиболее благоприятный для своего злодейского замысла. Он был хорошо осведомлен о датах самых значимых событий, происходивших с народом Израиля. Так почему же, зная день смерти Моше, Аман упустил из виду дату его рождения?
Очевидно, что биография Моше была Аману прекрасно известна. По крайней мере, ее крайние точки — рождение и уход из жизни.
Чего же тогда он не знал?
Не знал он, что Моше, завершив свой земной путь, не перестал быть, как сказано в Талмуде (трактат Сота, лист 13) заступником народа Израиля.
В нашей недельной главе читаем, что «взошел Моше с равнин Моава на гору Нево» (Дварим, гл. 34, ст. 1).
Взошел на гору, чтобы умереть там.
Учителя обращают наше внимание на то, что в прошлом Моше уже поднимался на гору, поднимался на гору Синай.
На горе Синай Моше провел сорок дней с Всевышним. Как сказано: «И был там с Всевышним» (Шемот, гл. 34, ст. 28).
Что же было на горе Нево?
Написано: «И умер там Моше».
Учителя сопоставляют эти две фразы и приходят к выводу, что «там» (в обеих фразах использовано слово «там»), на горе Синай, Моше служил Творцу. И на гору Нево он был призван — чтобы служить Всевышнему.
Таким образом, Моше, если и умер (что, как говорят Учителя — не очевидно), то — лишь для материального мира. В высших духовных мирах он продолжает служить Творцу и заботиться о своем народе.
Поэтому и сказали Учителя, что седьмого Адара Моше умер (в нашем мире,) и седьмого Адара (в этот же день) — родился (в мире духовном).
Этого-то и не знал Аман...
на основе комментария рава Дова-Меира Айзенштейна
(автор книги «Нетаэй Адам», один из составителей «Энциклопедии Талмуда»
Иерусалим, 1922-2008 гг.)