Материалы сайта www.evrey.com
Посещайте наш сайт ежедневно!


Трактат Зевахим

Трактат Менахот

Лист 6

На нашем листе Талмуд рассматривает законы, определяющие кошерность мучных приношений, процедура осуществления которых проведена не по правилам. Как и на прошлых листах, на нашем - также проводятся аналогии с приношениями зевахим (животного происхождения).

Однако прежде чем перейти к обсуждению конкретных правил, Талмуд предпринимает некое «предварительное» исследования, отмечая в законах - на примере законов, регулирующих осуществление приношений зевахим (животного происхождения) - отдельные детали. В представленных здесь сопоставлениях мы находим «внутренние» параллели и даже как будто бы противоречия.

Животное с физическим дефектом (как врожденным, так и приобретенным) не годится, чтобы стать «объектом» приношения в Храме, - подчеркивает Талмуд. - Точно также не пригоден для служения в Храме коэн, у которого есть физический недостаток.

Однако: животное, которое появилось на свет не естественным образом - матери делали кесарево сечение, нельзя отделять как «объект» приношения в Храме (скажем, первенцы скота в стаде, матерям которых делали кесарево сечение, вообще не считаются «первенцами» и не приносятся в Храм); рожденные таким путем коэны вправе осуществлять храмовое служение.

Перед тем как сжечь тушку голубя (корбан-оф - приношение птицы, категории ола - символизирует тотальную близость к Творцу, в знак чего птица сжигается полностью) на мизбеахе (в условном переводе - «жертвенник»), убивают его, казалось бы, «некошерным» способом (этот способ называется - мелика; при мелике нож не используется). Тем не менее, голубь годится для мизбеаха. А если мелику производят для приношения хатат-оф (приношение птицы, символизирующее искреннее раскаяние и желание исправить ошибку), мясо голубя разрешается есть коэнам (хотя в быту мясо птицы дозволяется есть, только если ей сделана шехита - когда животное, в данном случае, птицу, режут предусмотренным Торой, безболезненным способом, используя нож).

И сама мелика, и трапеза, на которой съедается мясо приношения таким образом убитой птицы - все это разрешено лишь на территории Храма, то есть там, где уровень концентрации духовности достигает наивысшей «отметки». За пределами Храма животное (в том числе - птица), убитое любым другим способом, кроме шехиты, считается падалью и в пищу запрещено

Возникает вопрос: для чего Талмуду понадобились эти сопоставления?

Для того, в частности, чтобы показать, что один закон выводится из другого и применяется - не «автоматически», что существует бесконечное число нюансов, оказывающих влияние на решение поведенческих задач в той или иной ситуации. А в целом, что у Истины, как мы не раз убеждались, знакомясь с основным содержанием листов Талмуда - множество граней, которые, в зависимости от обстоятельств, могут проявляться по-разному.

Подготовив «теоретическую базу», Талмуд приступает к обсуждению Мишны нашего листа.

В Мишне сказано:

Минха-хатат, а также минха любой другой категории (см. Введение в трактат Менахот) не пригодна для дальнейшего использования, если кемицу (значение терминов здесь и далее - см. там же) совершил:

- не коэн;

- коэн (служитель в Храме) в период, когда он считается оненом (онен - это коэн, у которого умер близкий родственник; чтобы вновь, после захоронения усопшего, приступить к служению в Храме, онен должен пройти процедуру духовного очищения);

- коэн в состоянии таме (духовной нечистоты), даже если он очистился, но не успел окунуться в микве (специальный бассейн для духовного очищения);

- коэн, на котором при осуществлении процедуры отделения кемицы не было какой-либо детали предписанной для служения одежды (об одежде коэнов - см. на сайте, к примеру, в обзоре листа 88 трактата Зевахим);

- коэн, который перед служением в Храме не омыл руки и ноги.

Минха также непригодна для дальнейшего использования, если коэн, отделяя комец, сидел, или стоял не на полу, а поднялся на какую-то «подставку» (скажем, забрался на спину животного, встал на табурет и т.п.). Или - если совершил кемицу левой рукой (это необходимо делать только правой рукой).

Минха непригодна (и в том случае), если в составляющей комец горсти муки оказался камешек, соль или благовоние (получится комец в недостаточном для приношения минхи количестве). Или - если (коэн) взял муки больше положенного

Неужели из-за того, что кто-то «посторонний» (не коэн) извлечет из сосуда щепотку муки, «пропадает» вся минха? - спрашивает Талмуд, приступив к анализу Мишны. - Разве нельзя положить эту муку обратно, дождаться коэна и начать процедуру приношения, как ни в чем ни бывало?

Можно и нужно, отвечает Рав (великий Учитель Талмуда первого поколения, 3-й век). - И минха не пригодна для дальнейшего использования лишь на тот момент, пока эту, взятую «чужим» человеком щепотку, не вернут на место.

Точно также можно исправить положение, если коэн совершил кемицу левой рукой, - уточняет Талмуд. - Достаточно произвести действие заново, правой рукой - и минха годится для завершения процедуры приношения и для еды…

 

Автор текста Моше Гойхберг

Трактат Менахот

Лист 7

На нашем листе Талмуд рассматривает законы, связанные с использованием храмовых сосудов и порядком осуществления процедуры приношения минхи (мучное приношение).

На обсуждение выдвигается вопрос: чем храмовые сосуды отличаются от других емкостей? Ведь только в них (и ни в каких других) помещают компоненты, необходимые для приношения минхи.

Они обладают собственной духовной «энергетикой» высочайшего уровня, - объясняет раби Йоханан (крупнейший амора, Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век), - и способны передавать духовность высокого уровня тому, что в них находится.

Учителя начинают углубляться в исследование подробностей.

Допустим, комец (значение термина - см. на сайте Введение в трактат Менахот) от минхи в сосуде отделил зар (буквально - «чужой»; в данном случае - не коэн, то есть человек, который не служит в Храме), - говорит Реш Лакиш (величайший Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век; ученик, а потом и коллега раби Йоханана). - Можно ли сжигать ее на мизбеахе (иными словами - осуществить процедуру приношения минхи; мизбеах в условном переводе - «жертвенник»)?

Нет, нельзя, - отвечает раби Йоханан. - И возвращать обратно в сосуд с минхой такой комец тоже нельзя.

Но ведь на прошлом листе было сказано, что взятая «чужаком» горсть муки не годится для мизбеаха, но вернуть на место, в сосуд, можно и нужно - придет коэн (служитель в Храме) и отделит ее заново (см. на сайте обзор листа 6).

Раби Йоханан имеет в виду ситуацию, когда сосуд наполнен до краев, - уточняет рав Амрам (Учитель Талмуда в Вавилоне, 3-й век). - И у человека, который отделил комец, будучи непричастным к служению в Храме, нет возможности положить ее назад в сосуд так, чтобы эта горсть муки оказалась внутри духовного пространства сосуда. И получится, что духовностью она уже «не зарядится».

Но как же тогда он этот комец отделил? - спрашивает Талмуд. - Для кемицы берут только такую муку, которая попадает в сильное «духовное поле» сосуда. А оно - лишь внутри сосуда, на поверхности оно значительно ослабевает.

Речь о сосуде, который наполнен точно до краев - не выше, - поясняет рав Амрам. - И вся мука в нем «заряжена» духовной энергией. Когда зар совершил кемицу, образовалась едва заметная ямка. А теперь представим, что зар ссыпал муку обратно рядом с образовавшейся лункой. И мука на «чуть-чуть» поднялась над краем храмовой емкости. Этого «чуть-чуть» достаточно, чтобы мука оказалась вне «досягаемости» той духовности, которой насыщена полость сосуда. Минху можно «спасти», только если сам коэн аккуратно, точно в лунку, положит эту горсть муки обратно в сосуд.

«Пропитается» ли возвращенная в сосуд горсть муки духовностью, если сосуд стоит на земле? - спрашивает раби Иеремия.

Это - очень серьезная проблема, - констатирует раби Зейра (Учитель Талмуда третьего поколения; 3-й век). И рассказывает по этому поводу поучительную историю.

Как-то раз раби Авими отправился к раву Хисде (амора, Учитель Талмуда в Вавилоне; 3-й век), чтобы уточнить у него законы приношения минхи. А по дороге встретил рава Нахмана (один из крупнейших Учителей Талмуда второго-третьего поколения; 3-й век). И решил задать ему свой вопрос:

- Можно ли отделять комец из сосуда, который стоит на земле?

- Нет, нельзя, - ответил ему рав Нахман.

- Но тогда получается, что только кемицой должны заниматься три коэна, - удивился раби Авими. - Один будет держать сосуд, из которого берется комец; другой будет держать второй сосуд, в который комец кладется; третий - совершать кемицу. Даже два коэна здесь не справятся, ибо служение левой рукой - запрещено.

- Ежедневным приношением занимались тринадцать коэнов, - сообщил ему раби Нахман. - Так что, нет ничего удивительного в том, что на этапе осуществления кемицы, в реализации процедуры приношения минхи работают сразу три коэна.

Другие Учителя открывают в этом вопросе иную грань Истины.

Тот факт, что в храмовом служении участвовало много коэнов - не доказательство того, что сосуд на этапе кемицы следовало держать на весу, - говорит рав Шешет (великий амора второго-третьего поколения, Учитель Талмуда; конец 3-го - начало 4-го века). - Указаний на этот счет нигде нет.

Комец можно отделять из стоящего на земле сосуда, - подтверждает Рава (величайший Учитель Талмуда четвертого поколения; 4-й век)…

 

Автор текста Моше Гойхберг

Трактат Менахот

Лист 8

На нашем листе Талмуд продолжает рассматривать законы осуществления процедуры приношения минхи (мучное приношение). Речь здесь идет о порядке приношения и составе минхи.

Талмуд выдвигает вопрос: годится ли для сожжения на мизбеахе (в условном переводе - «жертвенник») комец (об этапах приношения минхи и терминологию - см. на сайте Введение в трактат Менахот), если после ее отделения и до вознесения ее на мизбеах минха уменьшилась в объеме?

Для выяснения этого вопроса, Учителя, как это часто бывает в Талмуде, пользуются методом сравнительного анализа, проводя аналогии с законами приношений других видов.

В данном случае логические построения слишком сложны для человека «неопытного», непривычного к чтению талмудических текстов в оригинале. Поэтому не будем вдаваться в подробности и ограничимся приведением результатов, к которым приходит Талмуд.

Если после совершения кемицы и до момента, когда комец попадает на мизбеах, объем минхи сократился, - заключает раби Элазар (великий Учитель Мишны, 2-й век), - отделенная горсть муки все равно пригодна для сожжения на мизбеахе (это - главный этап в процедуре приношения минхи), а сама минха (то, что осталось) пригодна для трапезы коэнов (служителей в Храме).

В чем суть проблемы?

В том, - объясняет Талмуд, - как протекают процессы приобретения духовности приношением. Получает ли минха необходимую для приношения данного уровня духовную «энергию» вся целиком или «высшая энергетика» приношения складывается по частям - в целое?

Из высказывания раби Элазара можно понять, что с его точки зрения, духовность может «перетекать» в минху по частям - от этого мучное приношение свою кошерность, пригодность для мизбеаха и еды не утрачивает.

Раби Ханина усматривает в этом вопросе иную грань Истины. Одна часть приношения без другой не может получить возвышающую это приношение духовность, - говорит он. И попутно сообщает интересную деталь: не только территория Храма, не только здания и внутренние помещения его, но и вся утварь в Храме имеют высокий уровень концентрации духовности. Даже принадлежащая Храму мера для муки тоже призвана поднять духовный уровень приношения (в частности - минхи).

В Храме существовали отдельно меры для жидкостей (скажем, для масла) и меры для сухих сыпучих продуктов, - уточняет Шмуэль (выдающийся Учитель Талмуда первого поколения; 3-й век). - И мера для жидкостей не передает духовность, к примеру, муке (то есть - сухим продуктам), а мера для сыпучих сухих продуктов не может передать духовность - жидкостям.

С сосудами Храма - иная ситуация. По установленным правилам, сосуды, в которых переносили кровь для окропления мизбеаха - скажем, при осуществлении процедуры приношения зевах (животного происхождения) разрешалось использовать и для минхи. Как в сухом виде (мука), так и в смеси с маслом. И во всех случаях сосуды сообщали содержимому - и сыпучему и жидкому - более высокий уровень духовности (об этом см. также на сайте обзор листа 7).

Где именно следует совершать кемицу? - спрашивает Талмуд.

И отвечает: в любой части азары (храмового двора)…

Автор текста Моше Гойхберг

 

Трактат Менахот

Лист 9

На нашем листе Талмуд продолжает рассматривать законы осуществления процедуры приношения минхи (мучное приношение), углубляясь в отдельные детали общего процесса.

Талмуд выдвигает вопрос: где необходимо замешивать тесто для минхи?.

Если муку с маслом смешали за пределами азары (храмового двора), - говорит раби Йоханан (крупнейший амора, Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век), - минха будет непригодной для дальнейшего использования: ни для сожжения комеца (значение термина - см. на сайте Введение в трактат Менахот) на мизбеахе (в приблизительном переводе на русский - «жертвенник»), ни для еды.

Реш Лакиш (величайший Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век; ученик, а потом и коллега раби Йоханана) усматривает в этом вопросе иную грань Истины.

Минха, для приготовления теста которой муку смешали с маслом за пределами храмовой территории, - говорит он, - остается кошерной.

Талмуд исследует позицию Реш Лакиша.

Коэн (служитель в Храме) приступает к осуществлению процедуры приношения, - отмечает он, - на этапе, когда ему приносят сосуды, в которых лежит минха. Первое его действие - совершение кемицы (об этапах реализация процедуры приношения минхи и значении термина - см. на сайте Введение в трактат Менахот). И далее вся процедура - на нем. Следовательно, перемешать муку с маслом - а это делается до отделения комеца - может и не коэн. А раз так, то не должно быть и жесткого требования, ограничивающего «пространство» изготовления теста для минхи храмовой территорией.

Дело тут не в том, кто замешивает тесто, - подчеркивает раби Йоханан, - но в том, в чем масло смешивают с мукой. Известно, что для этого используются храмовые сосуды. А их за пределы азары (храмового двора) выносить нельзя.

Талмуд сообщает, что в решении этой проблемы ѓалаха (еврейский практический закон) следует точке зрения раби Йоханана.

Как расценивать ситуацию, когда еще до отделения кемицы из сосуда взяли часть муки? - спрашивает Талмуд.

Случай - простой, и минха, если кто-то до отделения комеца взял немного муки, не «аннулируется», - отвечает раби Йоханан. - Человек, который должен принести эту минху в Храме, идет домой, берет еще муки и восполняет - до необходимого количества…

Реш Лакиш по этому поводу высказывает иную позицию.

Если мука уже попала в храмовый сосуд, дополнять ее мукой, принесенной из дома, нельзя, - говорит он.

На чем основаны различия в позициях Учителей?

Они по-разному определяют момент, когда минха приобретает нужный духовный уровень для приношения ее перед Всевышним. Раби Йоханан говорит, что это происходит, когда от общего количества муки отделяют комец. Как только мука попадает в храмовый сосуд, - говорит Реш Лакиш, - минха приобретает иной духовный статус.

Раби Йоханан ищет аналоги в процедурах реализации приношений других видов. И находит, что лог (во времена Талмуда - мера объема жидкости) масла, если еще до того, как окропили им руку прокаженного для очищения, оказалось, что масла в сосуде недостаточно, разрешается восполнить. И не было такого правила: если попало масло в сосуд, доливать его - воспрещается. Значит, и при осуществлении процедуры приношения минхи такого правила нет.

Далее Учителя обсуждают другую ситуацию: можно ли сжигать на мизбеахе комец (это и есть центральный момент приношения минхи), если после ее отделения из того же сосуда, взяли муки?

Можно, - говорит раби Йоханан.

Нельзя, - говорит Реш Лакиш, ссылаясь на позицию раби Иегошуа (великий Учитель Мишны второго поколения, 1-й век) по этому поводу.

Если минха получила туму (духовную нечистоту), сгорела или пропала, - отмечал раби Иегошуа, - взятый от нее до этого комец сжигать на мизбеахе нельзя.

Раби Иешуа имел в виду случай, когда от минхи ничего не осталось, - объясняет раби Йоханан. - Но если что-то осталось, комец на мизбеахе можно сжечь.

Минха, в которой не хватает муки, - говорит рав Ада бар Аѓава, - равноценна приношению увечного животного. Как известно, поднимать на мизбеах тушу животного с физическим дефектом запрещено…

Речь в данном случае может идти только о минхе омера (ячменной минхе, которую приносят на второй день праздника Песах, чтобы люди могли пользоваться плодами нового урожая), - отмечает рав Папа (великий амора, Учитель Талмуда пятого поколения; конец 4-го века). - Ибо это - общественное приношение.

Даже в том случае, когда приносят минху омера, - подчеркивает раби Йоханан, - если до совершения кемицы обнаружилось, что муки не хватает, ее можно дополнить мукой принесенной из дома. И минха будет пригодной для дальнейшего использования. Но если «недостача» в минхе омера обнаружилась после отделения комеца, минха останется пригодной для сожжения на мизбеахе, но есть ее (то, что остается) - запрещено…

 

Автор текста Моше Гойхберг

 

Трактат Менахот

Лист 10

В Мишне (см. на сайте обзор листа 6) говорилось, что в случае, если коэн (служитель в Храме) совершает кемицу, взяв комец (значение терминов - см. Введение в трактат Менахот) из сосуда левой рукой, минха (мучное приношение) непригодна для дальнейшего использования. Наши Учителя отмечают, что ситуацию можно исправить, совершив действие заново - надо положить отделенный комец обратно в сосуд и взять новую горсть муки, теперь уже правой рукой (см. на сайте обзор листа 6).

Так ли это в действительности? - выдвигают проблему Учителя. - Ведь в Торе не написано, что кемицу совершают именно правой рукой.

Этого замечания достаточно, чтобы провести тщательное исследование.

Следует отметить, что еще на предыдущем листе Талмуд затрагивает эту важную в еврейской традиции тему, начав анализировать ее не только в приложении к осуществлению процедуры приношения минхи, но - в более широком аспекте, выясняя, какой рукой, правой или левой, осуществляются различные действия в храмовом служении. Однако в прошлом обзоре мы намеренно опустили это обсуждение, ибо в основном оно разворачивается здесь, на десятом листе.

У современного человека тут, вероятно, может возникнуть вполне закономерный вопрос: не надумана ли проблема?

Конечно же, законы существуют, чтобы их исполнять. Но если человек ошибся в такой, по сути - «мелочи», как это может повлиять на ход процедуры приношения? И вообще: почему еврейская традиция придает «распределению работы между руками» такое большое значение?

Исчерпывающий ответ на этот вопрос дать невозможно, ибо объяснение лежит в «схеме» Устройства вселенной (включая высшие миры, куда доступ человеческого разума весьма ограничен). Однако некоторые представления об этом мы все же можем получить, благодаря глубоким исследованиям этой проблемы, которые проведены мудрецами Торы.

Так, скажем, известно от Учителей, что приношения в Храме в целом являли собой практическую реализацию взаимоотношений с Творцом. Известно также, что каждый предмет в Храме (храмовая утварь), который коэны использовали, осуществляя служение - материализованная модель соответствующего элемента духовных миров. Отсюда, как нетрудно понять - такая четкая выверенность всех действий коэна во время служения в Храме. Более того, деятельность коэна в Храме - отражение причинно-следственных связей, которые обуславливают взаимодействие нашей, земной, и высших духовных сфер - мира Истины.

Очень важный момент: в этой «системе измерения» правая рука - олицетворение милосердия, левая - суда. Теперь, надеюсь, ясно, почему большая часть работ в Храме осуществлялась правой рукой. Это делалось для того, в частности, чтобы при осуществлении процедуры приношения «задействовать» силы добра и снискать милосердие Всевышнего.

Вооружившись общими принцами Устройства мира, Учителя, пользуясь методом сравнительного анализа, подробнейшим образом изучают конкретные законы. Не вникая в детали, скажем лишь, что на нашем листе Талмуд отмечает случаи, когда «объект» (или «субъект») действия - правая сторона.

На этапе зерика (окропление кровью мизбеаха, что в условном переводе на русский означает - «жертвенник») при осуществлении приношений категории зевах (животного происхождения), коэн брызгает кровь на мизбеах, окуная в сосуд палец правой руки.

При очищении мецоры (человека страдающего болезнью духовного происхождения под названием цараат - подробнее см. на сайте в обзорах недельных глав Мецора и Тазрия, первый годовой цикл) кровью приношения ашам (символизирующего искупление проступка) и маслом окропляют большой палец его правой руки и большой палец его правой ноги.

Если раб по собственному решению (!) остается рабом на дополнительный срок, ему прокалывают правое ухо.

Если бет дин (еврейский суд) освобождает вдову от необходимости вступать в левиратный брак (по закону, если человек умер, не оставив после себя наследников, его вдова обязана выйти замуж за родного брата покойного), в знак того, что он согласен с таким решением, несостоявшийся жених снимает с правой ноги ботинок…

В чем схожи эти случаи между собой?

В представленной выше «системе измерения» - в том, прежде всего, что перечисленные действия, так или иначе, заключают в себе весьма определенную глубокую символику…

Автор текста Моше Гойхберг

Трактат Менахот

Лист 11

На нашем листе Талмуд продолжает обсуждать законы, регламентирующие осуществление процедуры приношения минхи (мучного приношения).

В Мишне (см. на сайте обзор листа 6) было сказано, что в случае, если во время кемицы (значение термина - см. Введение в трактат Менахот) в горсти муки оказался камешек, кристаллик соли или левоны (см. там же), минха будет непригодной для дальнейшего использования - сожжения на мизбеахе (в условном переводе - «жертвенник»). Потому что, как объясняет Талмуд, этот этап предполагает отделение определенного (относительно небольшого) количества муки, а из-за «примесей» ее станет меньше, чем нужно.

Что касается камешка - понятно, - говорят Учителя. - Камешек не сжигают на мизбеахе. Но почему «портит» минху соль и левона? Ведь соль разрешается возносить на мизбеах, а левону (кристаллики смолы особого дерева) вообще - насыпают на минху (которая готовится в виде теста - муку смешивают с маслом).

Все дело в том, - подчеркивает Талмуд, - что комец (отделенная горсть муки) должен быть не меньше и не больше положенного. В противном случае минха не будет кошерной. А соль и левона в рассматриваемых нами случаях занимают место, уменьшая объем муки в горсти. Кроме того, есть еще и другое обстоятельство: мука должна соприкасаться с ладонью коэна (служителя в Храме), а примеси могут «отделить» от ладони часть муки.

Как отделяют комец? - спрашивает Талмуд.

Пальцы руки погружают в муку и загибают, - объясняет Рав (столь великий и известный Учитель Талмуда первого поколения, что звание «рав» стало его именем, и все знали, о ком идет речь; 3-й век), - пока они не коснутся ладони. Это и будет горсть муки, то есть - комец.

Талмуд сообщает и другие подробности о процедуре приношения минхи.

Рассказывает, в частности, что в случае, если минху, как этого требует процедура осуществления некоторых ее видов, надо испечь на специальной сковороде, делают лепешку. Эта лепешка сверху и снизу должна быть абсолютно ровной, чтобы ни одна из ее сторон не возвышалась над другой. Для процедуры выравнивания тоже существуют конкретные правила: сверху лепешку «приглаживают» большим пальцем руки, снизу - мизинцем. Следует отметить, что это считается очень трудной, в каком-то смысле - «ювелирной» работой, сравнимой лишь с меликой (когда предназначенную для приношения птицу убивают особым способом, не пользуясь ножом).

В Мишне нашего листа сказано:

Если (коэн) добавил в муку больше или меньше масла, чем требуется, или положил меньше, чем нужно, левоны (кристаллики смолы определенного дерева), минха будет непригодной (для дальнейшего использования)…

Что подразумевает Мишна под понятиями - «больше» или «меньше» масла? - спрашивает Талмуд.

И объясняет: если в муку добавят двойную порцию масла, минха будет некошерной, но - сохранит свою пригодность для дальнейших действий, если избыток масла будет незаметен; если же масла в муке не хватит даже на «чуть-чуть», минха - «испорчена».

Талмуд приступает к анализу второй части Мишны, в которой говорится о левоне.

Здесь обращает на себя внимание одна особенность: если о масле прямо сказано - минха непригодна, когда масла «больше» или «меньше», чем следует, о левоне говорится - «если меньше…». Означает ли это, что при избыточном количестве левоны минха остается кошерной?

Нет, - поясняет Талмуд, - и при избыточном количестве левоны минха для дальнейшего использования не годится.

Почему же в Мишне это не уточняется?

Потому что Мишна преподносится обычно в лаконичной форме, и вполне допустимо в ней, что аналогичные ситуации описаны не до конца. Продолжение - подразумевается. Как это было, к примеру, в первой Мишне нашего трактата, когда речь шла об одном этапе процедуры приношения минхи, а подразумевались - все четыре этапа (см. на сайте обзор листа 2).

 

Автор текста Моше Гойхберг

 

Трактат Менахот

Лист 12

На нашем листе Талмуд обсуждает законы, обуславливающие непригодность минхи (мучного приношения), если, к примеру, процедура ее приношения осуществлялась с неправильными намерениями.

Речь здесь идет о намерениях съесть минху в неположенном месте или в неположенное время, а также - провести какой-либо этап процедуры за пределами азары (храмового двора).

В Мишне нашего листа сказано:

Если на этапе кемицы коэн (служитель в Храме) намеревался съесть минху или сжечь комец (значение терминов кемица и комец - см. Введение в трактат) вне азары, минха становится непригодной для дальнейшего использования. Однако суровое наказание за это коэну не полагается.

Если же, совершая кемицу, коэн намеревался съесть минху не в тот же день (как полагается), а - на следующий, или сжечь комец на мизбеахе (в приблизительном переводе - «жертвенник») - на следующий день, минха будет непригодной, и коэн будет наказан

Приступив к анализу Мишны, Талмуд, как это часто бывает, рассматривает различные варианты ситуаций.

Допустим, коэн отделил горсть муки (комец), собираясь съесть минху за пределами азары, а когда сжигал этот комец, подумал о том, что съест эту минху назавтра. Что будет в этом случае?

Учителя изучают обстоятельства и приходят к выводу, что такая минха для еды не годится, а коэн, нарушив одновременно запреты «места» и «времени», заслуживает наказания.

Если намерение съесть минху позднее положенного времени, - говорит раби Иегуда (великий Учитель Мишны, 2-й век), - предшествовало намерению съесть ее за пределами храмовой территории, коэна, допустившего неверное направление помыслов, следует сурово наказать, и минха для еды будет непригодной. В обратной ситуации (когда «территориальное» нарушение в помыслах предшествовало - «временному») минха по-прежнему будет не годна, но суровое наказание коэну не полагается…

Другие Учителя усматривают в этом вопросе несколько иную грань Истины. Впрочем, почти во всем они соглашаются с раби Иегудой, кроме одного: и в первом и во втором случае, - говорят они, - коэна не наказывают.

Далее Талмуд рассматривает проблемы, которые возникают, когда после завершения этапа кемицы, но до того, как комец приносят на мизбеах, часть минхи пропадает.

Комец на мизбеахе можно сжигать (что является, собственно, центральным моментом всей процедуры приношения минхи), - говорят Учителя. - Но съедать эту минху не разрешается.

Что будет, если в момент, когда сжигается комец, отделенный от этой минхи, коэн подумал о том, что съест ее после положенного времени (при том, что эта минха к моменту, когда комец попадает на мизбеах, уже запрещена для еды)? - спрашивает Талмуд.

В поисках ответа на этот вопрос, Учителя проводят сравнительный анализ, сопоставляя сложившуюся ситуацию с аналогичной - в процессе реализации приношения зевах (животного происхождения).

Напомним, что актара (этап сожжения комеца) в процессе приношения минхи соответствует этапу зерика (окропление мизбеаха кровью предназначенного для приношения и зарезанного животного). Об этом мы говорили перед тем, как приступить к знакомству с содержанием трактата (см. на сайте Введение в трактат Менахот).

Окропление мизбеаха кровью животного, мясо которого, как выяснилось, не годится для трапезы на храмовой территории, даже если это мясо вынесено за пределы азары (храмового двора) - снимает запрет на его использование в каких-то других целях, - говорит раби Акива (величайший Учитель Мишны, 2-й век). - Но с минхой - другое дело: «дефект» - в ней самой…

Обсудив различные обстоятельства с зевах и минхой, Учителя приходят к выводу, что минха при нарушении законов, обуславливающих «правильность намерений» коэна, совершающего процедуру приношения, в любом случае будет непригодна для еды. Остается вопрос: заслуживает ли «нарушитель» в рассматриваемой ситуации (когда коэн подумал о том, что съест запрещенную для еды минху, да еще - после положенного времени) сурового наказания?

Несомненно, заслуживает, - говорит Абайе (амора, один из крупнейших Учителей Талмуда в Вавилоне; первая половина 4-го века).

Такой коэн от наказания освобождается, - говорит раби Элиэзер (великий тана, Учитель Мишны второго поколения, 1-й век)…

 

Автор текста Моше Гойхберг