Материалы сайта www.evrey.com
Посещайте наш сайт ежедневно!


Трактат Менахот

Трактат Менахот

Лист 83

Мы неоднократно (в том числе и - в предыдущем обзоре; см. обзор листа 82) говорили о том, что приношения разных видов получают разные уровни концентрации духовности. Это зависит от, скажем так - «силы», «внутренней напряженности» приношения. И напрямую связано с принципами Устройства нашего мира.

Возьмем, к примеру, приношение хатат (символизирует искреннее раскаяние и стремление исправить ошибку). Это - корбан (приношение в Храме) наивысшего уровня концентрации духовности. Тогда как, допустим, у корбан-шеламим (символизирует хорошее настроение и благодарность Творцу) - относительно низкий уровень концентрации духовности.

Причины, в сущности, ясны. Приношение, призванное «загладить вину» человека, (корбан-хатат) совершившего проступок (нечаянно нарушившего, положим, закон Торы), должно обладать гораздо большей «энергетикой», нежели то, которое символизирует хорошее настроение (корбан-шеламим).

На нашем листе Талмуд сообщает, что на этапе отделения животных для приношения в Храме и до момента, когда они попадают в Храм, выбранные особи, в соответствии со своим предназначением, начинают получать дополнительную духовную энергию (как говорят, приобретают статус «святости»). Но в полной мене они «пропитываются» духовностью уже на территории Храма, на начальном этапе осуществления процедуры приношения - согласно своему статусу.

Но что происходит, спрашивается, если «объекты» приношений разной концентрации духовности вступают друг с другом в контакт?

Вопрос этот - принципиален. Ибо, по сути, уровень концентрации духовности в «объекте» приношения обуславливает многие правила обращения с корбаном.

В процессе обсуждения проблемы Учителя рассматривают различные ситуации.

Допустим, в посудине варилось мясо корбана-хатат, и туда же добавили кусок мяса приношения шеламим. Естественно, мясо корбана-шеламим пропиталось соком мяса хатат.

Что из этого следует? - спрашивает Талмуд.

И отвечает: в этом случае мясо корбана-шеламим (которое разрешается есть два дня) придется съесть в течение ближайших суток (за один день и ночь) - по законам проведения трапезы, на которой едят мясо корбана-хатат. Потому что даже сок корбана-хатат способен повысить уровень концентрации духовности приношения любого другого вида.

При этом, - подчеркивает Талмуд, - зародыш животного (если объектом приношения стала беременная особь), предназначенного для осуществления процедуры приношения любого вида, духовность не принимает. Следовательно, и не имеет способности ее передавать.

Человек обязан учитывать особое положение животных, выбранных для приношений в Храме, - отмечают Учителя. - Если, к примеру, он отделил для одного приношения хатат двух животных (скажем, первое потерялось, а потом - нашлось), привел в Храм для осуществления процедуры приношения одно из них, а другое - не понадобилось, оставшееся животное он не может вывести в поле для работы. Оно должно пастись в стаде. До тех пор, пока не получит увечье. Приобретенный физический дефект снимает с него «статус святости».

Выстраивая логическую цепочку, Талмуд рассматривает ситуацию, когда мясо приношения шеламим на начальном этапе осуществления процедуры приношения (об этапах процедуры приношения животных в Храме - см. на сайте обзор листа 3 трактата Зевахим) становится непригодным для дальнейшего использования.

Допустим, человек, делающий шехиту (когда животное режут предусмотренным Торой, безболезненным способом) предназначенному для приношения шеламим животному, думал в этот момент о том, что мясо корбана будут есть позднее установленного законом времени. Его мыслительные процессы как бы ставят преграду притоку духовной энергии, и мясо этого корбана на других этапах процедуры использовать уже нельзя. Более того, «статус непригодности» передается, например, хлебам приношения тода (символизирует благодарность Творцу).

Тщательно исследовав проблемы получения, потери и передачи уровня духовности на примерах приношения зевах (животного происхождения), Талмуд применяет сделанные выводы к менахот (множественное число от слова минха - мучное приношение). И заключает: минха, как и мясные приношения, способна передавать и принимать различные уровни духовности; даже через жидкость, которая может из нее вытекать. Точно так же она может стать непригодной, контактируя с любыми другими приношениями в статусе пигуль (то есть - утратившими пригодность)…

Автор текста Моше Гойхберг

Трактат Менахот

Лист 84

В нашем трактате довольно подробно обсуждались проблемы приношения в Храме менахот (множественное число от слова минха - мучное приношение) в праздник Шавуот (см. на сайте обзоры листов 45 и 46) и на второй день праздника Песах (см. на сайте о приношении минхи омера - в обзорах листов 64 и 65).

На нашем листе Талмуд вновь возвращается к этим темам. Теперь - чтобы выделить приношение менахот означенных видов в Храме среди других мучных приношений.

Мишна, в частности, отмечает:

Все менахот - как общественные, так и персональные - полагалось приносить в Храме не только из (зерновых) нового урожая, но и из (зерновых) прошлых лет; не только из урожая (зерновых), выращенного в Эрец Исраэль, но и из урожая, выращенного за пределами Земли Израиля.

Исключение составляют минха омера (изготовленное из ячменя нового урожая мучное приношение, после реализации которого разрешено использовать новый урожай) и хлебные караваи, сопровождающие приношение ягнят в праздник Шавуот. Их приносят, изготавливая менахот только из зерна нового урожая, причем, выращенного только в Эрец Исраэль

Талмуд сообщает, что для изготовления менахот отмеченных в Мишне типов (напомним, что эти менахот относились к разряду общественных) требовалась мука самого лучшего качества. Поэтому и зерна для них нужны были - «отборные».

Однако зерновые лучших сортов произрастали, конечно же, не на любой земле. В связи с этим заранее намечали земельные участки с особо плодородными почвами. Такие участки, как рассказывает Талмуд, были, например, в местах под названием Махним и Захта.

Далее, анализируя содержание Мишны, Талмуд отыскивает источники ее положений.

Откуда, скажем, известно, что минху омера следует приносить из ячменя нового урожая, выращенного именно в Эрец Исраэль?

Талмуд приводит цитату, где о минхе омера написано: «…Когда придете в Эрец Исраэль…» (Ваикра, гл. 23, ст. 10).

Отсюда Учителя делают вывод, что заповедь, запрещающая использовать новый урожай до принесения минхи омера, относится лишь к Земле Израиля.

Однако раби Йоси (великий Учитель Мишны; 2-й век) усматривает в этом вопросе иную грань Истины.

И за пределами Израиля нельзя есть новый урожай до принесения омера, - говорит он.

Талмуд изучает позицию раби Йоси и приходит к выводу, что он дает свое заключение, пользуясь методом сравнительного анализа, в процессе изучения другого фрагмента Торы, где сказано: «Из всех поселений ваших принесете…» (там же, ст. 17).

Речь в этом отрывке идет о приношении двух хлебов в праздник Шавуот. Но, поскольку по «географическим параметрам» обе заповеди (о хлебах и минхе омера) аналогичны - подчеркивает раби Йоси, - эти слова относятся и к принесению омера.

Есть ли между точкой зрения раби Йоси и позицией остальных Учителей - противоречие?

Никакой «конфронтации мнений» здесь нет, - подытоживает Талмуд. - Просто, как отмечал раби Йоси, евреи, живущие за пределами Эрец Исраэль, как правило, не пользовались новым урожаем, пока в Храме не совершат процедуру приношения минхи омера (подробнее об этом см. на сайте - в обзоре листа 68).

Талмуд выносит на обсуждение вопрос: как приносили минху омера в год шмиты (седьмой год, когда нельзя обрабатывать поле и собирать с него урожай)?

И разъясняет: в такие годы для изготовления минхи омера использовали ячмень, который вырос сам по себе. Конечно же, возникало немало проблем. Этот урожай надо было охранять - и от животных (чтобы не потравили) и от людей, которые могли на него посягнуть. Для этого нанимали специальных охранников, а зарплату платили им из денег, пожертвованных в Храм.

Тут возникает другая проблема, - отмечает рав Хисда (один из крупнейших Учителей третьего поколения; Вавилон, 3-й век). - Процедура приношения минхи омера предусматривает сожжение комеца (отделенной от содержимого минхи горсти муки, которая сжигается на мизбеахе, условно говоря - «жертвеннике» - см. на сайте Введение в трактат Менахот). А ведь в год шмиты плоды урожая сжигать запрещается.

В год Шмиты можно изготовить минху омера и из урожая предыдущего года, - говорит Рами бар Хама (великий Учитель Талмуда в Вавилоне, 4-й век). - Это разрешено. Новый урожай берут, чтобы выполнить мицву наилучшим образом. Конечно же, зерна должны быть свежими. Но ведь год шмиты - особая ситуация.

Всесторонне обсудив проблему, Учителя приходят к заключению, что надо стремиться выполнить мицву наилучшим образом в любом случае. А общий запрет на сжигание плодов урожая года шмиты на территории Храма не действует. Точно так же, как для приношения минхи омера в Храме снимается запрет на жатву ячменя для нее - в шаббат (см. на сайте обзор листа 64; в обычных условиях это - работа, производить которую в шаббат нельзя).

Автор текста Моше Гойхберг

 

Трактат Менахот

Лист 85

Затронув на предыдущем листе тему выбора земельных участков для особых менахот (минха омера и приношение хлебов в праздник Шавуот; см. на сайте обзор листа 84), на нашем листе Талмуд углубляется в ее обсуждение. Теперь речь идет о заведомом выборе поля, от урожая которого можно брать зерно для всех других видов менахот (множественное число от слова минха - мучное приношение в Храме).

Методом исключения Мишна обозначает поля, зерновые с которых для менахот не годятся. Это - земельные участки:

- требующие орошения;

- нуждающиеся в удобрениях;

- на которых нет деревьев.

Но если некто принес в Храм минху, изготовленную из урожая, собранного с таких полей, она все же будет кошерной

Далее Мишна дает указания, как обращаются с полем, когда знают, что из выращенного на нем зерна будут делаться менахот:

Поле под зерновые в первый год (только) распахивают, а засевают - на второй год. Сев производят за семьдесят дней до праздника Песах.

Последняя часть нашей Мишны посвящена проверке муки на пригодность для менахот. По этому поводу здесь сказано:

В (промолотую и просеянную) муку погружают руку, берут часть муки на ладонь и тщательно ее рассматривают. Если в ней есть пыль, это означает, что муку надо еще раз просеять. Если в ней завелись червячки, муку надо выбросить (или отдать скоту) - она непригодна для использования

Талмуд начинает анализировать Мишну, внимательно изучая каждый ее фрагмент.

С орошением и удобрениями - понятно: если почве в естественных условиях не хватает влаги или питательных веществ, она не может считаться плодородной. И, следовательно, на ней не может вырасти отборное зерно (а именно такое, самое лучшее, необходимо для минхи).

Но почему нельзя «присмотреть» для этого поле, на котором растут деревья? - спрашивает Талмуд.

И отвечает: деревья дают тень, а зерновые любят солнце. Полновесное зерно наливается солнечным светом.

Ячмень для минхи омера, например, вообще выращивают на южных полях Эрец Исраэль, - подчеркивает раби Йоханан (крупнейший амора, Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век). - То есть там, где много солнца.

Талмуд переходит к разбору второй части Минхи и выдвигает вопрос: надо ли на второй год перед посевом вспахивать новое поле?

Земля, чтобы получить с нее хороший, добротный урожай, - говорит рав Йосеф (великий Учитель Талмуда третьего поколения, начало 4-го века), - должна быть мягкой и пышной. Поэтому его надо вспахать и в первый год и во второй - непосредственно перед севом.

Но ведь в Мишне не сказано, что и перед севом, на второй год землю тоже надо вспахать…

В Мишне не сказано, - говорят Учителя. - Но это очевидно из практического опыта. Скажем, произвел крестьянин пахоту в первый год. А за зиму землю прибивает дождем, и она становится твердой. А в мягкой, свежераспаханной земле семена быстро дают ростки. Тогда и зерна в колосьях поспеют вовремя… Если хозяин засеял вспаханное поле в указанный срок (за семьдесят дней до праздника Песах), к тому времени, когда солнце начнет припекать, стебель растения уже будет толщиной - с палец и с два пальца - колосок.

Кроме всего прочего, в Мишне говорится об участке, землю которого хорошо обрабатывали и до того, как решили, что нем можно выращивать зерно для менахот.

Если, допустим, в первый год вспахал все поле, - углубляются Учителя в разбор различных ситуаций, - и засеял половину поля, на второй год надо вспахивать незасеянную в предыдущем году половину и на ней же производить сев.

Чья обязанность - проверять муку? - спрашивают Учителя, приступив к обсуждению третьей части нашей Мишны.

Этим занимался ключник в Храме (человек, ведавший хозяйственными вопросами), - объясняет Талмуд.

Люди, которые собирались делать тесто для минхи, приносили муку ключнику, - вносит «процессуальные» уточнения раби Натан (великий Учитель Мишны, 2-й век), - смазывал руку маслом, погружал ее в муку и как будто бы эту муку перемешивал. И так - до тех пор, пока на руку не прилипала пыль. Тогда он возвращал муку хозяину и говорил: «Надо просеять ее, как следует». Если же пыль на руке не появлялась, это означало, что мука просеяна хорошо, и готова для замешивания теста…

Ближе к концу нашего листа Талмуд приводит еще одну Мишну, в которой говорится о масле, пригодном для использовании в Храме (в том числе для замешивания и смазывания менахот):

Самое лучшее масло получилось из олив, которые произрастали в Текоа (поселение к юго-востоку от Иерусалима)

Талмуд приводит цитату из Танаха: «И отправил Йоав в Текоа (гонцов), и привели оттуда мудрую женщину» (вторая книга Шмуэля, гл. 14, ст. 2).

И отмечает: не случайно женщину привели именно из Текоа - оливковое масло добавляет мудрость, а масло высшего качества - тем более.

На втором месте по качеству - масло из Регева, из олив, которые росли на берегу реки Иордан.

Из олив, растущих на любой земле, масло - кошерно. Но не приносят в Храм масло из оливковых плодов с деревьев, которые растут на поле которое:

- нужно удобрять

- требуется орошать

- где между деревьями посажены злаки (они «отбирают» у деревьев влагу и питательные вещества).

Не приносят в Храм также масло, отжатое из недозревших плодов. Но если некто принес, масло в Храме можно использовать.

Не приносят в Храм масло, сделанное из оливок, долго лежавших в воде, заквашенных или «заваренных» кипятком. И если некто (все же) принес в Храм такое масло, оно для использования непригодно

Автор текста Моше Гойхберг

 

Трактат Менахот

Лист 86

В конце предыдущего листа, как мы помним, была приведена Мишна, которая дает указания, какое масло можно приносить в Храм, какое для использования в Храме - не годится (см. на сайте обзор листа 85). Теперь же, на нашем листе, речь идет о том, как делали оливковое масло, и о том, какое масло использовалось для храмовой Меноры (семисвечник) и для менахот (множественное число от слова минха - мучное приношение в Храме).

Итак, в нашей Мишне читаем:

С деревьев собирали три урожая оливок, и из каждого - получалось три вида масла.

Первый урожай собирали с вершины дерева (на вершине, понятно, оливки созревают быстрее). Собранные оливки кладут в корзину и выжимают (вручную), чтобы масло выступило на поверхности. Это - первое масло.

Потом оливки из корзины кладут под деревянный пресс. Из-под пресса вытекает «второе» масло.

Затем оливковый жмых размалывают жерновами, и получается «третье» масло.

Первое масло приносят для Меноры. Второе и третье используют для изготовления менахот.

Второй урожай (с боковых веток) на дереве окончательно не созревает. (Закончив изготовление масла первого урожая) снимали второй урожай. Оливки раскладывают на крыше и ждут, когда они станут мягкими. Затем, в три этапа (так же, как в первом случае), отжимают из них масло.

Первое масло приносят в Храм для Меноры. Второе и третье используют для изготовления менахот.

Третий урожай (с нижних веток) требует дополнительной обработки. Собранные оливки держали под прессом - пока не размякнут. Далее процедура изготовления масла повторялась.

Первое масло третьего урожая тоже годилось для Меноры, остальное использовалось для изготовления менахот

Самое лучшее - первое масло первого урожая. Практически не уступает ему по качеству первое масло второго урожая. А первое масло третьего урожая не отличается по качеству от второго масла первого урожая…

Самое низкосортное масло - третье, сделанное из оливок третьего урожая

Приступив к анализу Мишны, Талмуд обобщает практический опыт, накопленный в деле изготовления оливкового масла.

В частности, сообщает, что оливки должны были висеть на дереве, пока не наполнятся маслом.

Раби Иегуда (великий Учитель Мишны, 2-й век) едва ли не по каждому пункту Мишны высказывает иную грань Истины.

Так, например, он говорит, что оливки укладывали не в саму корзину, а вокруг нее, и пользовались не деревянным прессом, а - каменным. Но противоречия в его взгляде на вещи, конечно же, нет. В целом процедура изготовления масла была единой во всей Стране Израиля. И могла отличаться некоторыми нюансами (их и отмечает раби Иегуда) - в зависимости от обычаев в разных регионах Эрец Исраэль.

Более углубленные дискуссии между Учителями возникают, когда они обсуждают проблему использования масла разных урожаев и разных сортов для храмовых нужд.

В самом деле. Разобраться в этих вопросах достаточно сложно.

В Мишне сказано, например, что первое масло третьего урожая было таким же по качеству, как второе - первого урожая. Тогда почему масло «второго сорта», отжатое из оливок с боковых веток, нельзя было использовать для храмовой Меноры? Или, наоборот: почему бы не использовать первое масло третьего урожая, допустим, для замешивания или смазывания теста для минхи? И вообще… Если первое масло из оливок всех трех урожаев - самое лучшее и самое чистое, почему его надо использовать именно для горения в Меноре, а для еды (вспомним, что основную часть минхи съедают коэны) брать то, что «похуже»?..

Самое лучшее масло годится и для менахот, - говорит рав Нахман бар Ицхак.

Но почему же по предписанию оно - лишь для Меноры?

Тора бережно относится к личному имуществу евреев, - объясняет раби Элазар (великий Учитель Мишны, 2-й век). - Масло первого сорта стоит довольно дорого. И если бы, предположим, было дано распоряжение замешивать тесто для минхи только на масле высшего качества, на каждую минху человеку приходилось бы тратить много денег.

Но зачем же тогда для светильников в Меноре надо было брать дорогостоящее масло? - спрашивает Талмуд.

И отвечает: таково повеление Творца. Ибо о храмовой Меноре в Торе сказано: «…и возьмут чистое оливковое масло» (Ваикра, гл. 24, ст. 2).

Огонь дает свет, а свет - свидетельство присутствия Всевышнего. Свет (олицетворение добра) разгоняет тьму (метафорическое воплощение зла), наполняя мир духовностью. Поэтому так важно, чтобы в чаши Меноры наливали самое чистое, самое лучшее масло…

К концу нашего листа Талмуд приводит новую Мишну, в которой говорится, о том, откуда приносили вино для возлияний на храмовом мизбеахе (в приблизительном переводе - «жертвенник»):

Самое лучшее вино - из Кеулухим и Атулим. Годилось (для храмовых нужд; оно занимало «второе место» по качеству) и вино из Бейт Рима и Бейт Лавана, из селений, что стояли на горе, а еще - из деревни Синана в долине.

Любое (сделанное евреями из своего винограда) вино - кашерно. Но в Храм приносили, как правило, из этих (выше названных) мест.

Не приносят в Храм;

- вино из винограда, выращенное на земле, которую надо удобрять или орошать.

- вино, сделанное из перезревшего винограда; но если некто - принес, оно считается кошерным.

- вареное или подслащенное вино; и если некто - принес, использовать его в Храме нельзя.

- вино, сделанное из дикого винограда

И опять же, как в случае с мукой, качество вина и его пригодность для применения в Храме оценивал ключник

Автор текста Моше Гойхберг

Трактат Менахот

Лист 87

Наш лист открывает новую, десятую главу трактата Менахот. И начинается она с обсуждения объема мер (мерных емкостей), которые использовались в Храме при осуществлении процедур приношений.

Сразу же скажем, что в нашей главе по этому поводу Талмуд приводит три Мишны. В первой из них - она помещена на этом листе - речь идет о мерах для сухих сыпучих продуктов. В ней, в частности, сказано:

Две меры для сухих продуктов имелись в Храме (с помощью которых отмерялась тщательно просеянная мука для менахот; менахот - множественное число от слова минха, то есть - мучное приношение). Одна вмещала в себя исарон (во времена Талмуда - мера объема, равная одно десятой эйфы; в современных единицах измерения это примерно - 4 литра), вторая - половину исарона.

Раби Меир (один из крупнейших Учителей Мишны, 2-й век) усматривает здесь иную грань Истины.

Тремя мерами располагал Храм, - говорит он. - В две из них вмещалось по исарону, в третью - пол-исарона

Мерной емкостью объемом в исарон, - продолжает Мишна, - пользовались, чтобы отмерять муку для всех менахот (для которых нужен был исарон муки или больше). Для (минхи, сопровождающей приношение) быка особой мерной емкости, вмещающей три исарона, как заповедано в Торе (Бамидбар, гл. 28, ст. 12), не было.

Не было (также) и особой мерной емкости в два исарона, чтобы отмерить муку для (минхи, сопровождающей приношение) барана.

Во всех этих случаях пользовались мерной емкостью объемом в один исарон (три меры - для приношения быка и две - для приношения барана).

Мерной емкостью в пол-исарона отмеряли муку для приношения ежедневной минхи первосвященника. Одну - для утренней порции и другую - для вечерней, перед закатом

Исследуя содержание первой Мишны, Талмуд ищет источники позиций Учителей. И приводит цитату: «…Исарон, исарон - на одну овечку…» (Бамидбар, гл. 28, ст. 29).

Именно отсюда, из этого повтора, - подчеркивает Талмуд, - раби Меир делает вывод, что в Храме были две меры, в каждую из которых вмещалось по исарону муки.

Зачем же нужны были две одинаковые меры? - спрашивает Талмуд.

И объясняет: в одну мерную емкость, рассчитанную на исарон сыпучего продукта, муку насыпали с горкой, вторая была чуть больше, и муку насыпали в нее лишь до краев. Первой пользовались, отмеряя муку для приношения большинства менахот. Второй - только для приношения хавитей коэн а-гадоль (минхи первосвященника).

Теперь как будто бы понятно, почему вторая мерная емкость была чуть большего размера. Ведь минха первосвященника делилась на две части (ее приносили в два приема - вечером и утром). Если бы в данном случае пришлось пользоваться той же мерной емкостью, которая служила для осуществления процедуры остальных приношений, часть муки «с горкой» при разделении надвое, всякий раз оказывалась бы на полу.

Почему же другие Учителя говорят, что в Храме для исарона муки была лишь одна мерная емкость?

Прежде всего, потому, вероятно, что для того, чтобы отмерить нужное количество муки для минхи первосвященника, в Храме была специальная мерная емкость - в пол-исарона. И делить муку на две порции - утреннюю и вечернюю - нужды не было.

Исследовав проблему, Талмуд приводит другую цитату: «…Один исарон - на каждую овцу» (Бамидбар, гл. 29, ст. 4).

И подчеркивает: первосвященник должен был приносить минху из одного исарона, поэтому муку все же делили надвое.

Раби Меир говорит, что муку для минхи первосвященника отмеряли мерной емкостью в исарон.

Другие Учителя отмечают, что муку отмеряли емкостью в пол-исарона.

То есть для того, чтобы насыпать нужное для определенных менахот количество муки, - говорят они, - в Храме хранилась одна мерная емкость, в которую вмещался исарон сыпучего вещества. Это мы знаем, проанализировав вторую цитату. А в первой - содержится намек на существование второй емкости, в пол-исарона.

Кто же все-таки прав?

Тщательно изучив позиции Учителей, Талмуд дает заключение: точка зрения раби Меира не противоречит позиции других Учителей. Они принимают факт, что изначально муку для минхи первосвященника отмеряли мерной емкостью в исарон (как и говорил раби Меир), но прослеживают дальнейший процесс: чтобы поделить общее количество муки на две части, - говорят они, - используют мерную емкость в пол-исарона. Именно для этого она (емкость в пол-исарона) и нужна в Храме…

Автор текста Ханох Лернер

 

Трактат Менахот

Лист 88

На нашем листе Талмуд, продолжая обсуждать вопрос, какими мерными емкостями пользовались в Храме, рассматривает виды сосудов, которыми в процессе осуществления процедур приношений измерялись жидкости (оливковое масло и вино).

В Мишне читаем:

Семь видов мерных емкостей было в Храме для измерения жидкостей:

1. В один ѓин (во времена Талмуда - мера объема жидкостей, соответствующая 12-ти логам; лог, в современных единицах измерения жидкости - примерно 0,5 литра).

2. В пол- ѓина. Использовалась для измерения масла, необходимого для замешивания теста минхи-нэсахим, сопутствующей приношению ола (символизирует тотальную близость с Творцом и поэтому сжигается полностью), когда в качестве объекта приношения брали быка; а также - для определения необходимого количества вина, которое возливали при этом на мизбеах (в условном переводе - жертвенник).

3. Емкость в треть ѓина. Ее использовали, как и в предыдущем случае. Только в процессе приношения барана.

4. Емкость в четверть ѓина. Использовалась совершенно так же, как и в двух предыдущих случаях, но - при приношении овцы.

5. Емкость, вмещающая лог (пол литра) жидкости. Лог - «типовое» количество оливкового масла, которое требовалось для приношения минхи. Так что этой емкостью в Храме пользовались особенно часто.

6. Емкость в половину лога (тому, как использовалась эта и последняя, седьмая емкость, посвящена отдельная Мишна).

7. Емкость в четверть лога.

Кроме означенных семи мерных емкостей, - отмечает Мишна, - была еще одна, особая, объемом в полтора лога (примерно 750 мл). Ею отмеряли масло для ежедневного мучного приношения коэна гадоль (первосвященника): полтора лога - утром и полтора - вечером (для минхи первосвященника требовалось 3 лога масла, но приносили ее в два приема - см. на сайте обзор листа 87).

В мерной емкости, вмещающей ѓин (приблизительно 6 л) жидкости, - уточняет раби Элиэзер бен Цадок, - были деления с надписями: «для быка» (0,5 ина), «для барана» (треть ѓина), «для овцы» (четверть ѓина).

Анализируя содержание Мишны, Талмуд, как обычно, тщательно исследует источники.

В процессе анализа раби Шимон (Раби Шимон бар Йохай - великий Учитель Мишны, составитель книги Зоѓар; 2-й век) обнаруживает, что, согласно некоторым сведениям, самой большой мерной емкостью - в один ѓин (6 л) в Храме не пользовались. Ее в храмовом хозяйстве, - говорит он, - вообще не было.

Но зачем тогда Мишна включает ее в общий список? - спрашивает Талмуд.

И отвечает: такая мерная емкость, безусловно, существовала. Но только - во времена Моше Рабейну. Ее использовали для того, чтобы отмерить необходимое количество масла для проведения процедуры «помазания» Аарона, брата Моше, на «должность» первосвященника. Об этой процедуре говорится в Торе: «…И Аарона и сынов его помажь, и освяти их, чтобы служили Мне» (Шемот, гл. 30, ст. 29).

После помазания Аарона и его сыновей этой мерной емкостью действительно больше не пользовались, и она была захоронена.

Для чего Храму требовалось столько мерных емкостей разных размеров? - задается вопросом раби Шимон.

И приходит к выводу, что каждая из них имела свое предназначение, и в Храме было правило: если конкретной мерной емкостью пользовались для определенных замеров, то брать ее для замеров иного типа не разрешалось.

Однако раби Элиэзер бен Цадок усматривает в этом иную грань Истины.

Такого правила в Храме не было, - говорит он. - Всегда можно было использовать ту мерную емкость, которая в каждом конкретном случае для измерения жидкости казалась более удобной…

Автор текста Ханох Лернер

 

Трактат Менахот

Лист 89

На нашем листе Талмуд продолжает рассматривать проблемы использования в Храме (в процессе осуществления процедур приношений) различных мерных емкостей.

На предыдущем листе был дан список храмовых мерных емкостей для жидкостей - разных размеров, и указывались сферы использования каждой из них (см. на сайте обзор листа 88). Всех (их, как говорит Талмуд - семь, не считая особого «измерительного сосуда», в котором отмеряли оливковое масло для ежедневного мучного приношения первосвященника), кроме двух последних (объемом в 0,5 лога и четверть лога; лог - мера объема жидкости, в современных единицах измерения приблизительно равная 0,5 л). О них и идет речь в Мишне нашего листа.

Емкость в четверть лога, - сказано в Мишне, - использовалась в двух случаях:

- в процедуре очищения мецоры (человека, вылечившегося от болезни духовного происхождения под названием цараат или, как иногда дают это название в переводах - «проказа»; подробнее об этом см. на сайте в обзорах недельных глав Торы - Мецора и Тазриа, первый годовой цикл);

- в процедуре, которая осуществлялась в Храме, когда человек брал на себя обет и становился назиром (значение термина - см. в обзоре недельной главы Насо, первый годовой цикл).

Мера в половину лога применялась для измерения оливкового масла, необходимого для осуществления в Храме процедуры приношения хлебов тода (приношение, символизирующее благодарность Творцу)…

Приступив к анализу содержания Мишны, Талмуд, исследуя источники, вносит различные уточнения.

Рассматривая первый случай применения мерной емкости в четверть лога, Талмуд приводит цитату из Торы: «…И зарежет птицу над глиняным сосудом с живыми водами» (Ваикра, гл. 14, ст. 5).

Именно для этой части ритуала требуется определенное количество воды.

Но сколько на дне сосуда должно быть воды? В Торе об этом ничего не сказано.

Применяя метод сравнительного анализа, Учителя обращаются, в конце концов, к одному из фрагментов трактата Сота, где говорится: воды в глиняном сосуде должно быть столько, чтобы капающая в сосуд кровь птицы была видна на поверхности (см. на сайте обзор листа 16 трактата Сота). И в результате выясняется, что для этого нужно именно четверть лога воды.

Откуда известно, что именно четверть лога масла требуется для ритуала принятия обета назиром? - спрашивает далее Талмуд

И отвечает: об этом Всевышний сообщил Моше Рабейну на горе Синай.

Почему для измерения «четвертей» лога жидкостей - воды и оливкового масла - в случаях с мецорой и назиром обязательно были нужны именно храмовые мерные емкости? - задается вопросом раби Иегуда а-Наси (редактор текста Мишны, начало 3-го века). Ведь храмовые сосуды (в том числе, и мерные емкости, как, впрочем и вся храмовая утварь) обладали способностью сообщать содержимому духовность высокого уровня концентрации. Разве в означенных случаях была в этом необходимость?

Скажем, в ситуации с мецорой. Процесс его выздоровления шел за пределами азары (храмового двора). Более того - вне еврейского поселения. Ив Храме он появлялся, когда никаких признаков заболевания у него уже не было… Зачем вообще повышать уровень духовности воды, в которую капает кровь птицы?

Или в ситуации с назиром. Можно было бы предположить, что оливковому маслу и в самом деле следовало передать дополнительную духовность, чтобы оно, в свою очередь поднимало уровень духовности минхи (мучного приношения) назира. Но известно, что эта минха приносилась вместе приношением барана, и получала высокий уровень духовности при шехите (когда животное режут предусмотренным в Торе, безболезненным способом).

В случаях с мецорой и назиром можно было пользоваться храмовой «четвертной» мерной емкостью, - дает разъяснение раби Хия (великий Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, первое поколение, начало 3-го века). - Ибо в ней можно было точно отмерить нужное количество воды и масла. Но обязанности такой не было. Этот мерный сосуд предназначался в основном для разлива оливкового масла в процедуре приношения хлебов коэна гадоль (первосвященника). В составе этой минхи было 12 хлебов, тесто для каждого из которых замешивалось отдельно. Известно, что на все приношение этого вида требовалось 3 лога масла. Вот и измеряли его «четвертями», чтобы равное количество приходилось на каждый каравай…

 

Автор текста Ханох Лернер