Написано в нашей недельной главе: «Тот,
кто ударит человека так, что он умрет, да
будет предан смерти» (Шемот, гл. 21, ст.
12).
Мы видим, что здесь в Торе дается закон,
согласно которому наказание за убийство —
смерть.
Самое первое убийство в истории
человечества совершил Каин. Он убил своего
родного брата Эвеля. Как сказано: «И восстал
Каин на Эвеля, брата своего, и убил его» (Берешит,
гл. 4, ст. 8).
Частичка души Эвеля в результате гильгуля
(реинкарнации) досталась Моше Рабейну. А
часть души Каина попала египтянину. Тому
египтянину, что избивал еврея, надругавшись
накануне над его женой.
Моше, став свидетелем злодейства, не
прошел мимо. Но, как написано — «оглянулся
туда и сюда, увидел, что нет никого, и убил
египтянина» (Шемот, гл. 2, ст. 12).
Встреча Моше и египтянина была неизбежна,
так же, как и ее исход. Это было предрешено
историей. Особая связь, протянувшаяся из
глубины веков, из юности мира — вела их
навстречу друг другу. И они не могли
разминуться. Намек на это в Торе
прочитывается в том, что гематрия (числовое
значение) слова «египтянин» (в оригинале — hа-мицри)
в точности соответствует гематрии
имени Моше. Потому что когда-то они были
братьями, были равными.
И еще. Египтянин назван в Торе — «иш»,
что есть — «человек» (там же, ст. 11). И это
неспроста. Этим словом «иш» Хава назвала
своего новорожденного сына Каина. И в Торе
об этом читаем: «Обрела я человека (иш)» (Берешит,
гл. 4, ст. 1).
Спустя столетия Каин и Эвель встретились
снова, чтобы исправить преступление,
совершенное на заре мировой истории.
Поэтому в том, что Моше убил египтянина,
прочитывается и другое — вместе с
египтянином Моше (Эвель) умертвил Каина.
Но на этом история противостояния братьев
не закончилась. Вскоре частица души Каина
появилась в нашем мире вновь. На этот раз —
в Корахе (см. на сайте, к примеру, обзор
недельной главы Корах, первый
годовой цикл обсуждения).
Корах, по примеру Каина, сам восстает
против Моше.
Об убийстве Эвеля в Торе читаем: «Восстал
Каин на Эвеля... и убил его» (Берешит,
гл. 4, ст. 8).
Корах идет дальше «предшественника — он
стремиться восстановить против Моше и
других евреев. И преуспевает в этом. Только
исход их противостояния для Кораха был
неожиданным и катастрофичным. Провалившись
в глубины земли, той самой, которую он когда-то
обрабатывал (мы помним, что Каин был
земледельцем), Каин проиграл во второй раз,
теперь уже — окончательно.
Так было исправлено злодеяние — первое
убийство в истории рода людского.
Еще раз, с большим вниманием, прочтем
формулировку закона об убийце: «Да будет он
предан смерти». В оригинале в этой фразе
всего два слова — «мот юмат». И даже —
одно, удвоенное. Ибо это — две формы слова,
обозначающего смерть.
Это — намек на две смерти Каина: в облике
египтянина и облике Кораха.
В развитие темы наказания за убийство, в
Торе читаем: «Но если замыслит человек
против ближнего своего, чтобы убить его
вероломно, от мизбеаха (в условном переводе
— «жертвенник») Моего, бери его на смерть» (Шемот,
гл. 21, ст. 14).
В своем комментарии к этому фрагменту Раши
(раби Шломо бен Ицхак — величайший
комментатор Торы и Талмуда; Франция, 11-й век)
пишет, что здесь в Торе очерчиваются
границы преступления, за которое положена
смерть. Ведь, далеко не всякий убийца
подлежит смертной казни.
Каждое слово в этой фразе добавляет новую
деталь. Поэтому стоит присмотреться к ней
внимательнее.
Написано: «Но если замыслит человек…». То
есть высшей меры заслуживает преступник,
если убийство — преднамеренное.
Если, к примеру, больной умрет в
результате медицинской ошибки или
халатности, врача за это — не казнят. Ведь у
врача не было умысла свести своего пациента
в могилу.
Сказано также — «Против ближнего своего».
То есть — не против иноверца, язычника.
Далее читаем — «чтобы убить его вероломно»
— с хитростью и коварством. Бывает,
служитель бет дина (раввинского суда)
переусердствует с телесным наказанием, и
наказуемый умрет. Очевидно, что этот
служитель, умертвил наказуемого —
непреднамеренно. Следовательно, служителя
за это жизни — не лишают.
Аналогичный вывод можно сделать и в
случаях, если отец (или учитель) перегнет
палку, наказывая сына (или ученика), и
ребенок не вынесет побоев. Конечно же, и
отец, и учитель, если бы знали наперед, что
такое произойдет — они бы и пальцем не
притронулись к мальчику. Ну, а теперь... Что
теперь? Ну, не казнить же их. Они и так места
себе не находят из-за этой трагедии.
В общем, любое случайное,
непреднамеренное убийство, или убийство по
ошибке (скажем, целился в одного, а попал в
совершенно другого) — по суду не
наказывается смертной казнью.
В словах «От мизбеаха Моего бери его
на смерть» речь идет об убийстве, которое
совершил коэн (служитель в Храме),
который собирается продолжить службу в
Храме.
Важно отметить, что не только о наказании
за убийство говорится в нашем фрагменте. В
нем, кроме этого, содержится и намек на одно
полезное правило. Его вывел из текста Торы
великий Ари (раби Ицхак Лурия Ашкенази,
один из крупнейших каббалистов; Эрец
Исраэль, 16-й век). Согласно этому правилу,
нужно сосредоточено, а, если потребуется —
несколько раз, произнести фразу: «Огонь
постоянный зажжен будет на мизбеахе, и
не угаснет» (Ваикра, гл. 6, ст. 6). Это —
действенный способ, помогающий избавиться
от посторонних или неподобающих мыслей.
Но как эта фраза связана с нашим отрывком?
Чтобы найти эту связь, нам потребуется
рассмотреть этот фрагмент под иным углом
зрения.
Слова «Но если замыслит человек» —
подразумевают дурное начало (на иврите — йецер
hа-ра), которое постоянно замышляет против
человека.
В словосочетании «против ближнего своего»,
слово «ближний» — доброе начало (йецер hа-тов).
Два заклятых врага — йецер hа-ра и йецер
hа-тов соседствуют друг с другом, деля
между собой сердце человека.
Когда мы читаем — «чтобы убить его
вероломно», нам следует понимать, что любое
вероломство, коварство начинается с
соответствующих мыслей. С замысла. Со злого
умысла. В этом йецер hа-ра —нет равных.
Как проще всего составить список покупок
на ближайшие дни?
Правильно, нужно начать молиться.
Наверное, многие обращали внимание на то,
что стоит раскрыть трактат Талмуда или
снять с полки сидур (еврейский
молитвенник) — и тут же нескончаемым
потоком устремляются в твой разум «интересные»
мысли, одна заманчивее другой. Отгонишь
одну, затратив немало сил — на ее месте уже
другая, еще живей, еще притягательней.
Справишься с этой, с большим трудом, а в
твоей голове уже целый хоровод мыслей
кружит… Вот уже пора домой. И диву даешься
— куда вдруг исчезли все эти мысли, которые
только что подлавливали тебя? Как будто их и
не было вовсе. Теперь и не вспомнить, о чем
так сладко думалось.
Это все — йецер hа-ра. Его проделки. Его
почерк. Его стиль. Завлечь, одурманить,
обвести вокруг пальца и — испариться,
исчезнуть. Правда, ненадолго. Ровно до тех
пор, когда снова войдешь в синагогу или бейт
мидраш (место, где изучают Тору). Кстати,
еще на пороге уже вспоминается множестве
неотложных и важных дел, которыми
необходимо заняться именно сейчас.
Как противостоять всему этому?
— Ты можешь совладать с йецером, —
наставляет великий Ари.
«От мизбеаха Моего бери его на смерть»,
— подсказывает Тора.
Вспомни о мизбеахе и негасимом огне,
произнеси тот отрывок — и йецер
отступит, уползет, поджав хвост.
