Наша недельная глава начинается
обращением Всевышнего к Моше. И здесь мы
читаем: «Скажи коэнам, сынам Аарона, и
скажи им…» (Ваикра, гл. 21, ст. 1).
И сразу возникает вопрос: для чего
понадобилось повторение — «скажи коэнам»
и «скажи им»?
В Мидраше (Мидраш Раба на книгу Ваикра,
гл. 26) говорится, что этот фрагмент имеет
отношение к царю Шаулю. О нем в Танахе
написано: «И переоделся Шауль, надев иное
платье, и пошел сам и два человека с ним, и
пришли они к той женщине ночью» (Первая
книга пророка Шмуэля, гл. 28, ст. 8).
Для чего нам, спрашивается, знать, что
визит к женщине (а эта женщина умела
вопрошать мертвых) состоялся именно ночью?
Речь идет не о времени суток, — отмечают
Учителя в Мидраше, — но о душевном
состоянии Шауля и его спутников. На душе у
них была ночь. Мрачные предчувствия
одолевали Шауля. И действительно, на
следующий день он и его сыновья погибли в
бою с плиштим (филистимлянами).
Всевышний, как сообщает Мидраш, показал
это Моше Рабейну.
— Первый царь, что встанет над сыновьями
Твоими, будет пронзен мечом?! - воскликнул
Моше.
— Не спрашивай об этом у Меня, — ответил
Всевышний, — спроси лучше у коэнов.
Дело в том, что по приказу царя Шауля был
уничтожен мечом целый город коэнов, под
названием Нов. Кровь коэнов взывала к
отмщению. Поэтому Шауль тоже пал от меча.
Но что заставило Шауля проявить подобную
жестокость?
В городе Нов принимали Давида с царскими
почестями. Шауль воспринял это как бунт и
велел предать бунтовщиков смерти. Выходит, коэны
взбунтовались против царя?
Пророк Шмуэль накануне помазал Давида на
царство. Значит, Давид тогда был царем, и коэны
вполне заслужено оказали ему царский прием.
Но не так-то все просто. В Талмуде (трактат Мегила,
лист 14) рассказывается, что человек по имени
Наваль отплатил Давиду злом за добро. И
Давид решил его наказать. Тогда Авигайль,
жена Наваля, показала Давиду ткань с пятном
крови и спросила: чистая ли это кровь или
месячные выделения?
— Не выносят решения по законам семейной
чистоты ночью, — резонно сказал ей Давид.
— А смертные приговоры ночью выносят? —
возразила ему Авигайль.
— Здесь все ясно как день, твой муж
виновен в преступлении против царя.
— Но Шауль пока еще жив, — произнесла
Авигайль, — а известие о твоем воцарении
еще не распространилось в народе.
И Давид принял ее доводы. Он не только
согласился с ней, не только признал ее
правоту, но и поблагодарил за разумный
совет. «И благословен разум твой, — сказал
он женщине. — И благословенна ты, что не
допустила меня ныне идти на кровопролитие и
совершить расправу рукою моею» (Первая
книга пророка Шмуэля, гл. 25, ст. 33).
Возвращаясь к Навалю, заметим: хоть и
спасла его от меча Давида мудрая жена —
недолго ему оставалось ходить по земле.
Через десять дней после описанных здесь
событий, Всевышний взял его душу на Небо.
Таким образом, Наваль оправдал свое имя не
только жизнью (наваль в переводе с
иврита — «подлец»), но — и своей смертью (слово
«наваль» — производное от того же корня,
что и слово «невела», что в переводе
означает — «падаль»).
Отметим, что «падалью» называют существо,
которое умерло своей смертью, чаще всего —
от болезни (как и было в случае с Навалем).
Если же оно погибло от нападения хищника
или от раны, нанесенной мечом, это уже — «трефа».
Выходит, если бы Давид убил Наваля мечом,
это было бы неправильно. Ведь в имени Наваля
— другой корень. Корень, созвучный со
словом «невела», то есть — падаль.
Но вернемся к вопросу Моше: «Первый царь,
что встанет над сыновьями Твоими, будет
пронзен мечом?».
Моше не случайно подчеркивает, что Шауль
— царь. Так он намекает на довод, который
привела Давиду Авигайль.
Трагедия города Нов, города коэнов,
произошла, когда Давид, хоть уже и был
помазан на царство, но фактическая власть
еще оставалась в руках Шауля.
Моше неспроста упоминает и меч. Даже, если
Шауль заслуживает смерти, почему он погиб
от меча? Почему его смерть сопровождалась
тяжелым поражением еврейской армии,
гибелью его сыновей, в том числе, Йонатана —
близкого друга Давида? Почему нельзя было
прибрать его также тихо, как Наваля?
— Не спрашивай об этом у Меня, — ответил
Всевышний. — Спроси лучше у коэнов.
Кровь убитых коэнов взывает к отмщению.
Давид собирался поразить мечом не только
Наваля, но и всех мужчин в его доме. Потом,
как мы видели, Давид простил Навалю его
прегрешение. Но пренебрежительное
отношение к царю, неуважение к нему не может
быть прощено, даже, если и царь простит.
Поэтому Всевышний взыскал с Наваля. Но
только с него.
Коэны не простили Шаулю, учиненную бойню.
Поэтому и цена столь высока.
Теперь мы можем понять почему во
фрагменте, с обсуждения которого мы начали
этот обзор, Всевышний дважды говорит Моше: «скажи
коэнам».
Первый раз — это ответ, почему за
прегрешение Шауля расплата столь высока.
Спроси об этом у коэнов, — говорит
Всевышний, — скажи им, не Мне.
— Но ведь цена могла быть и не столь
высока, — продолжает вопрошать Моше. — Как,
например, в случае с Навалем: изначально,
уничтожению подлежали все мужчины в его
доме, но в итоге, умер только он сам.
И снова Всевышний отсылает Моше к коэнам.
Коэны не простили Шауля.
Скажи коэнам, проси их, их увещевай. И
если они примирятся с Шаулем — цена будет
иной.
Наша глава начинается с повеления
Всевышнего: «Скажи коэнам, сынам Аарона…»
(Ваикра, гл. 21, ст. 1).
Далее приведены законы, относящиеся
только к коэнам. Законы, которые
выделяют коэнов из среды остальных
евреев.
Коэны избраны, чтобы осуществлять
служение в Храме и благословлять народ. В
Храме они могли находиться в таких местах,
куда всем остальным евреям вход был
воспрещен. Коэны ели части приношений,
на которые, кроме них, больше никто не смел
покуситься. Словом, коэны были особо
отмечены Всевышним и выделены из всего
еврейского народа.
Такое положение вещей легко могло
заронить в сердце того или иного коэна
семена гордыни. А гордыня, как известно —
мощнейшее препятствие для установления
связи с Творцом. Коэн-гордец зря ест коэнский
хлеб. Его служение не дает никаких
результатов, кроме — негативных.
Чем отличается гордыня от гордости?
Человек по праву может гордиться только тем,
чего сам добился. Добился самостоятельно —
благодаря своему труду, способностям и
талантам.
Если же на человека что-то, как говорится,
«свалилось с Неба», и он кичится этим, речь
уже идет о гордыне. Поэтому глупо выглядит
тот, кто задирать нос из-за своего, скажем,
происхождения. Хорошая родословная
поднимает в цене лошадей и собак, но
человеку не пристало кичится тем, что он по
счастливому стечению обстоятельств он
родился, к примеру, у знатных родителей.
Тора обращается к адекватным людям.
Поэтому, перед тем как излагать законы,
подчеркивающие особый статус коэнов, в
ней дается небольшая оговорка: «Скажи коэнам,
сынам Аарона». То есть — скажи коэнам,
что Всевышний выделил их не за личные
доблести, но лишь потому что они — сыны
Аарона. Таким образом, прежде, чем сообщить
об избранности коэнов, Тора делает им
прививку от гордыни.
Наши Учителя, зная о губительных
последствиях гордыни, всячески старались
не дать ей пустить корни в своем сердце и
помогали избавиться от нее ученикам и всем
в их окружении.
Как-то люди, пришедшие на урок к раву
Йосефу Хаиму (один из крупнейших Учителей
Торы, как открытой ее части, так и закрытой
— каббалы, автор десятков книг, в том
числе — краткого кодекса законов, под
названием Бен Иш Хай; вторая
половина 19-го века – первая половина 20-го,
Багдад, Ирак) накануне шаббата, застали
его в слезах.
— Кто посмел обидеть раввина? Или, может,
рабби заболел? — вопрошали люди, теряясь в
догадках.
— Все обиды обходят меня стороной, не
задевая, — поспешил успокоить их рав Йосеф
Хаим. — Да и от болезней хранит меня
Всевышний. Дело в том, сейчас у меня в доме
был еврей, который вывозит мусор. Я
предложил ему попробовать субботние блюда.
Но он ответил мне, что в жизни никогда не ел
чужого, и всегда питается только тем, что
сам купил и сам приготовил — то есть тем,
что ему принадлежит.
— Я столько времени посвящаю изучению
Торы и совершенствованию мидот (качеств
характера), но даже не приблизился к уровню
этого простого еврея, — сокрушался рав
Йосеф Хаим. Ведь сказано в Талмуде (трактат Берахот,
лист 8): тот, кто живет плодами своих рук
предпочтительней обладающего
богобоязненностью.
