БАЛАК 
"БАЛАК"
БАЛАК 
Элиягу Эссас: текст обращения к посетителям сайта Чтение текста
Афтары

"БАЛАК"

Июнь 21, 2021   11 Тамуз 5781

До субботы - 5 дней

New Page 1
  
Главная страница  
Анализ новостей  
Дайджест  
Помочь сайту  
Недельная глава    
Комментарии (видео)   
Комментарии (текст)   
- Чтение            
Праздники   
Лист Талмуда   
Мишна, главы   
(видеокомментарии)
   
Заповеди Торы   
Уроки по Теилим   
Спроси у раввина    
- Ответ дня       
- Блиц-ответы   
- Видео-ответы   
Афтарот    
- Комментарии   
- Чтение            
Аспекты Галахи   
Этика   
Культура   
Личность   
К размышлению   
Медицина   
Психология   
Библиотека   
Аудио и Видео уроки   
Объектив   
Видео   
конференции
   
Почта   
 

        
Иерусалим
Москва
Киев
Минск
Нью-Йорк


Курс шекеля
Курс рубля
                  
                                   

  Поиск на сайте:  

 
Праздники и памятные даты:

Все еврейские даты начинаются накануне вечером!
 
Шавуот
6 Сивана
(17.05.21)
В диаспоре 6-7 Сивана
(17.05 - 18.05.21)
Девятое Ава
 9 Ава
(18.07.21)
Рош а-Шана
1-2 Тишри
(07.09 - 08.09.21)
Йом Кипур
10 Тишри
(16.09.21)
Суккот
15-21 Тишри
(21 - 27.09.21)
Шмини Ацерет
Симхат Тора

В Израиле - 22 Тишри
(28.09.21)
В диаспоре - 
22-23 Тишри
(28 - 29.09.21)
Ханука
25 Кислева - 2 Тевета
(29.11 - 06.12.21)
Пост 10 Тевета
10 Тевета
(14.12.21)
Ту би-Шват
15 Шват
(17.01.22)
Пурим
14 Адара
(17.03.22)
в Иерусалиме -
15 Адара
(18.03.22)
Песах
15-21 Нисана
(16 - 22.04.22)
В диаспоре 
15-22 Нисана
(16 - 23.04.22)
День катастрофы и героизма
27 Нисана
(28.04.22)
День памяти павших 
3 Ияра
(4.05.22)
День независимости Израиля
4 Ияра
(5.05.22)

Лаг ба Омер
18 Ияра
(19.05.22)

День Иерусалима
28 Ияра
(29.05.22) 
 



Раздел ведет 
рав Элиягу Эссас
О ЛИСТАХ ТАЛМУДА

О ТАЛМУДЕ


 


О Трактате Шаббат



New Page 1

Трактат Шаббат

05.06.05

Лист 34

На нашем листе Талмуд возвращается к законам субботы, напоминая, о чем следует думать перед тем, как наступит шаббат.

В посвященной этому Мишне читаем:

О трех вещах должен сказать человек в своем доме (еще засветло) до наступления субботы.

О том, отделен ли маасер (часть урожая, которые каждый еврей в Эрец Исраэль должен отделить в пользу левитов и коэнов — служителей в Храме) от плодов (которые будут использоваться во время шаббата).

О том, сделан ли эрув (объединение владений в некое целое, что позволяет внутри этого целого переносить вещи в шаббат; подробнее о значении термина — см. на сайте ответ «Как носят ключи в субботу»,  из раздела «Спроси у раввина»).

И еще: «зажгите свечи!».

Если человек сомневается, наступила ночь или нет, не отделяют маасер от плодов, когда точно известно, что маасер от них еще не отделен, и не окунают в микву (специальный бассейн для духовного очищения) новые сосуды (по законам Торы, посуду, сделанную неевреями, перед использованием необходимо «очистить», окунув в микву) и не зажигают (субботние) свечи. Однако, если (человек) точно не знает, отделен маасер от этих плодов или нет, маасер от плодов можно отделить.

Если у человека нет уверенности, что ночь еще не наступила, он может сделать эрув и укутать (кастрюли с горячей едой, чтобы сохранить пищу теплой).

Первые две фразы, как видим, содержат вопрос, третья же — указание. Анализируя содержание этой части Мишны, Учителя, в первую очередь, концентрируют внимание на психологических моментах. И здесь некое развитие получает тема влияния слов на окружающий мир (см. на сайте обзор листа 33). Однако в данном случае Талмуд говорит о значении интонаций, звучания голоса. Фразы о маасере, эруве и субботних свечах, — наставляет Раба бен Ѓуна, — следует произносить мягко и спокойно. Такие интонации легко проникают в сознание человека, к которому обращается говорящий, и хорошо им воспринимаются.

Это — очень точное жизненное наблюдение, — поддерживает позицию Рабы рав Аши (великий Учитель, редактор Вавилонского Талмуда, начало 5-го века), — В том, что речевые интонации оказывают заметное воздействие на восприятие текста, мне не раз приходилось убеждаться на практике.

Далее Талмуд переходит к исследованию других положений Мишны. И отмечает в ней некое противоречие. В самом деле. Во второй ее фразе сказано, что о создании эрува напоминают домочадцам еще засветло. И это, казалось бы, означает, что после захода солнца «выстраивать» эрув уже нельзя. Но ниже, в той же Мишне сказано, что в случае, когда человек точно не знает, наступила ночь или нет, он может сделать эрув. То есть получается, что в момент наступления субботы все еще остается возможность позаботиться о эруве. Как это понимать?

Тщательно проанализировав проблему, Рав (столь великий и известный Учитель Талмуда первого поколения, что звание «рав» стало его именем, и все знали, о ком идет речь; 3-й век) приходит к выводу, что в Мишне идет речь об эрувах разного типа. О эруве, объединяющем в одно «владение» два населенных пункта (начало Мишны), и — о эруве, объединяющем в единое пространство несколько домов, которые образуют общий двор (заключительная часть Мишны).

Объединение двух населенных пунктов в «общее владение» — более трудоемкая задача. Поэтому следует позаботиться о создании такого эрува заранее.

Тут надо объяснить, что по закону в шаббат разрешается отдаляться от места, где человек проводит субботу, на расстояние, не превышающее 2 тысячи локтей (примерно, 1 км). Но что делать, если возникает необходимость пойти из одного населенного пункта в другой, а расстояние между ними, скажем — полтора километра?

Человек, заведомо зная, что в шаббат ему придется отправиться в соседний поселок, должен объединить два поселка в единое владение (создать эрув). Для этого достаточно до субботы где-то посередине пути между этими двумя населенными пунктами организовать «место привала» (построить, допустим, маленький импровизированный шалаш) и положить туда еду на две трапезы. Тогда он как бы разбивает путь между поселками на два «автономных» отрезка. И длина каждого из них составляет то расстояние, которое разрешается преодолевать в шаббат. Объединение пространства этого типа носит название — эрув тхумим.

Создание эрува второго типа (объединение в единое владение нескольких домов, образующих общий двор), позволяющего переносить в субботу предметы из одного дома в другой — дело несложное. Для этого достаточно положить в одном из домов еду, которой могут пользоваться все жители домов данного двора. Отметим, что Тора не запрещает переносить в шаббат «объекты» внутри двора, образованного несколькими зданиями. Однако Учителя, дабы оградить людей от невольного нарушения субботних законов (человек, к примеру, может подумать, что разрешается отнести еду соседу, дом которого — вне пределов общего двора), вводят «устрожение». И предписывают устанавливать эрув и в этом, описанном выше «простом» случае.

Анализируя положение Мишны об укутывании кастрюль, чтобы к шаббатней трапезе еда в этих кастрюлях все еще оставалась теплой, Талмуд отмечает, что решение вопроса, можно ли это делать, в значительной степени зависит от того, какой материал используется в таких целях.

По этому поводу сказано, что погружать емкости с горячей пищей, к примеру, в негашеную известь нельзя, даже если это делать засветло. Если разрешить помещать посуду с горячей едой в материал такого типа, — разъясняют Учителя, «по аналогии» люди могут воспользоваться и углями, А чтобы поддерживать в углях жар, они, забывшись, в субботу станут их ворошить, что запрещено законами Торы…

Как понимать выражение Мишны — «если человек сомневается, наступила ночь или нет»? — спрашивают Учителя.

И действительно, утверждение, что человек может спутать день с ночью, на первый взгляд кажется, по меньшей мере, странным. Что же стоит за подобными «сомнениями»?

Разговор об этом мы перенесем в наш следующий обзор…

Автор текста Барух Шнайдер


Трактат Шаббат

06.06.05

Лист 35

Итак, в предыдущем обзоре мы остановились на том, что Учителя выдвинули на обсуждение вопрос, можно ли перепутать день — с ночью, и что подразумевает Мишна, когда ставит условие: «если человек сомневается, наступила ночь или нет…» (см. на сайте обзор листа 34).

Для того, чтобы не вводить людей в заблуждение, — объясняет Талмуд, — необходимо давать упоминаемым явлениям точные определения. Так, в нашем случае речь идет о временном периоде, когда дневной свет угасает, но полная темнота еще не наступила.

Этот временной отрезок суток наша традиция обозначает термином — бейн а-шмашот (в буквальном переводе — «между светилами»), когда лучи спрятавшегося солнца еще дают какой-то слабый свет, и луна на небе уже появилась. В эти моменты у человека и в самом деле могут появиться сомнения: день это или ночь?

По поводу того, как определить границы временного отрезка бейн а-шмашот, Талмуд приводит несколько точек зрения.

Период бейн а-шмашот начинается с момента, когда заходит солнце, — говорит раби Иегуда (великий Учитель Мишны, 2-й век). — От этого момента надо отсчитать время, необходимое человеку, чтобы пройти три четверти мили. И можно быть уверенным, что по истечению этого времени наступит ночь.

Иную грань Истины в этом вопросе открывает раби Нехемия (современник и коллега раби Иегуды).

Продолжительность периода, когда дневное светило шлет на землю лишь слабый свет, а ночное еще не вступило в свои права, — говорит он, — равна времени, которое требуется человеку, чтобы пройти полмили.

Другой современник и коллега раби Иегуды — раби Йоси говорит, что этот период длится лишь мгновение.

Тот, кто хочет узнать, какова протяженность временного отрезка, когда день передает свои права ночи, — дает образное определение периоду бейн а-шмашот раби Ханина (великий Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, 3-й век), — должен дождаться, когда солнце спрячется за гору Кармель (на побережье Средиземного моря в районе города Хайфы). Потом окунуться в море и выйти на сушу. Выйдя из моря он может быть уверен, что наступила ночь.

Нельзя не отметить, что подобные выведенные Учителями «единицы измерения» демонстрируют их поистине «энциклопедические» познания в различных жизненных сферах, а также — непостижимые для нас способности сопоставлять несопоставимые, казалось бы, явления, необъяснимым для нас образом постигать самую глубинную сущность событий и вещей.

В этом смысле особый интерес вызывает помещенное на нашем листе высказывание раби Хии (один из крупнейших Учителей Талмуда в первом поколении; Эрец Исраэль, начало 3-го века). О том, что и теперь (то есть во времена Талмуда) можно увидеть колодец Мирьям. Имеется в виду надъестественное явление, когда колодец, «сопровождал» народ Израиля все годы странствий в пустыне Синай. Для того, чтобы увидеть этот колодец, — говорит раби Хия, — надо подняться на вершину горы Кармель и вглядеться в воды Средиземного моря. Если обнаружишь в его глубинах нечто, напоминающее решетку, знай — это и есть колодец Мирьям.

Следует отметить, что гора Кармель навеки связана с надъестественным явлением, которое было инициировано величайшим пророком — Элиягу. Только помня об этом, можно понять высказывания раби Ханины и раби Хии. Но не будем углубляться в анализ этих высказываний. Это увело бы нас за рамки данного обзора.

Но вернемся к способам измерения временного отрезка между днем и ночью.

Этот временной отрезок, — уточняет Талмуд позицию раби Йоси, — только начинается, с его точки зрения, с момента, которым, согласно определению раби Иегуды период бейн а-шмашот — заканчивается. То есть, намереваясь определить, когда наступает период между днем и ночью, человек должен от захода солнца отсчитать время, которое потребуется ему на то, чтобы пройти три четверти мили. А продолжительность этого периода — одно мгновение.

Совершенно иной способ определения момента наступления ночи предлагает Шмуэль (величайший Учитель Талмуда первого поколения; 3-й век).

Если на небе виднеется только одна звезда, — говорит он, — это еще — день. Если — две, это должно вызывать у нас сомнение. Если же мы обнаружили на небе три звезды, мы можем сказать с уверенностью, что на землю спустилась ночь. При этом следует брать в расчет звезды средней величины. Ибо слишком маленькие звездочки видны лишь глубокой ночью, а большие можно увидеть даже днем.

Талмуд рассказывает, что, обозначая время, когда нужно зажигать субботние свечи, Рава (величайший Учитель Талмуда четвертого поколения; 4-й век) не рекомендовал ориентироваться на «количество звезд». Их величина, — говорил он, — относительна, а потому в этом легко допустить ошибку. Рава советовал зажигать свечи, когда солнечные лучи еще отражаются в кронах деревьев. А в туманные дни можно сориентироваться на поведение кур: если куры устраиваются на ночлег, значит, пора зажигать шаббатние свечи.

Что же делать, если в близком окружении куриц нет?

В этих случаях, — дополняет свои рекомендации Рава, — можно пронаблюдать за воронами или — за цветами, которые поворачивают свои головки за солнцем. Если цветы сложили лепестки — пора зажигать субботние свечи…

Но почему же в способах, которые предлагают Учителя, хронометрируя период бейн а-шмашот, обнаруживаются столь существенные расхождения?

Дело в том, — объясняет Талмуд, — что на разных географических широтах продолжительность этого временного отрезка — разная. Так, раби Иегуда дает отсчет, применимый в широтах страны Израиля и Вавилона (его длительность в этих краях — 13,5 минут). В странах, расположенных севернее, на «передачу полномочий» дня — ночи, уходит больше времени. В более южных точках — меньше…

Теперь мы в состоянии понять, откуда проистекает указание, запрещающее производить все виды работ в пятницу после захода солнца (даже когда шаббат, казалось бы, еще не наступил). Исключение составляют, как следует из содержания Мишны (см. на сайте обзор листа 34), отделение маасера от плодов (если от них, возможно, уже отделили маасер), укутывание емкостей с горячей едой в «безопасные» материалы (чтобы еда оставалась теплой в шаббат) и создание эрува «простого» типа (см. там же).

Автор текста Барух Шнайдер


Трактат Шаббат

07.06.05

Лист 36

Продолжая обсуждать законы субботы, Талмуд описывает существовавший в древние времена порядок всеобщей подготовки к шаббату. И в этой связи ведет разговор о звуках шофара (своеобразный музыкальный инструмент, который делают из бараньего или козьего рога).

В шофар, как мы знаем, трубят в основном в Рош а-Шана (еврейский Новый год) и по окончанию Йом Кипура (День Суда, День Искупления). Однако в период еврейской истории, когда большинство евреев жили в Эрец Исраэль, шофар использовали и еженедельно, каждую пятницу возвещая о приближении субботы. Это было сигналом к тому, чтобы люди заканчивали свои будничные дела и занимались лишь приготовлениями к шаббату.

Перед субботой, — сообщают Учителя, — в шофар трубили определенным образом — в строго заведенном порядке. Инструмент издавал серии звуков, и эти звуковые «вариации», с определенными интервалами между ними, должны были прозвучать шесть раз. При этом каждая из «звуковых серий» имела свое предназначение.

Первое трубление призывало остановить работу в полях.

Звуки второго — возвещали о прекращении работ в городе. В частности, второе трубление подавало знак, что пора закрывать магазины и лавочки, владельцы которых — евреи.

Третье, — пояснял раби Натан (великий Учитель Мишны, 2-й век), — были сигналом к зажиганию субботних свечей.

Раби Иегуда а-Наси (редактор текста Мишны, начало 3-го века) открывает в этом вопросе иную грань Истины.

Третье трубление, — говорит он, — предназначалось для того, чтобы мужчины сняли тефиллин (о том, что такое тефиллин, и как им пользуются — см. на сайте ответ «Как правильно надевать тефиллин»,  рубрика «Спроси у раввина»). А о том, что настал момент зажигания шаббатних свечей, возвещало четвертое трубление.

В наши дни тефиллин надевают каждое утро, кроме субботы (в субботу надевать тефиллин — запрещено), и только на время утренней молитвы.

В прошлом евреи, с утра в будний день надев тефиллин, не снимали его весь день. А запрет на ношение его в субботу существовал всегда. Поэтому и возникала такая необходимость — перед субботой подавать сигнал, что тефиллин надо снять.

Последние три трубления (согласно позиции раби Натана) были предупредительными. Перед ними, после третьего трубления делали перерыв, за время которого можно было испечь маленькую рыбку или прилепить к стенке печи небольшой хлебный каравай. Три последних трубления возвещали о том, что всякая трудовая деятельность (в том числе — и работы по дому) прекращена. И интервалы между ними были короткими.

Описывая трубление в шофар перед субботой, Талмуд дает нам информацию и о том, что его звучание тоже имело определенный порядок.

Различают два вида звуков, и каждый из них имел свое название. Текиа — это длинный непрерывный звук, труа — длинный, прерывистый, состоящий из серии коротких, отрывистых звуков.

Первое трубление, возвещающее о прекращении полевых работ, а также — второе и третье, представляли собой комбинацию из звуков текиа и труа. И тот, кто трубил в шофар, воспроизводил их в таком порядке: текиатруатекиа.

Четвертое трубление состояло из одного звука — текиа. Пятое — труа и шестое — тоже из звука текиа.

Раби Шимон (раби Шимон бар Йохай, великий Учитель Мишны, составитель книги Зоѓар; 2-й век) сообщает, что перед шаббатом трубили в шофар и в Вавилоне, где евреи находились в изгнании. Но три последних трубления были другими. Они состояли из звуков текиатекиа труа. И в этом не было ошибки — такой обычай передали им их предки. И вообще, способ трубления в шофар диктуется традицией, которая была установлена в той или иной местности.

Если кто-то не успел зажечь шаббатние свечи после третьего (или четвертого) трубления в шофар, — говорит раби Йоси бар Ханина (Учитель Талмуда в Эрец Исраэль, вторая половина 3-го века), — он все еще может сделать это и сразу же после шестого трубления. За то время, пока служитель синагоги несет шофар домой. Ибо известно, что сам инструмент в шаббат в руки не берут. Из этого следует, что, по крайней мере, до тех пор, пока трубящий в шаббат служитель синагоги не оказался дома, суббота еще не наступила.

Но ведь в одном населенном пункте служитель синагоги, трубящий перед шаббатом, живет далеко, — выдвигают возражение Учителя, — а в другом — рядом с синагогой. И получится, что в одном часовом поясе временной предел, после которого субботние свечи зажигать нельзя, будет варьироваться.

Чтобы такого не было, — рассказывает Талмуд, — Учителя постановили: для хранения шофара необходимо отвести определенное место, прямо на участке, с которого служитель синагоги трубит в шофар. И все будут знать, что сразу же после последнего, шестого трубления наступает шаббат. Значит, свечи надо зажечь — до этого.

Автор текста Барух Шнайдер


Трактат Шаббат

08.06.05

Лист 37

Наш лист открывает третью главу трактата Шаббат и выдвигает на обсуждение тему, связанную с законами субботы.

Речь идет о правилах, регламентирующих способы употребления в шаббат теплой пищи, приготовленной на огне до наступления субботы. В предыдущей главе Учителя уже касались этой темы (см. на сайте обзор листа 34), но здесь она рассматривается более обстоятельно.

Талмуд подчеркивает, что в шаббат человек должен во всем чувствовать себя комфортно, получать наслаждение от того, что в этот день происходит (на иврите «наслаждение» — онег). Это заповедано Торой. Важная составная этой заповеди — теплая еда. Ведь, если люди привыкли питаться разогретой едой в будние дни, в шаббат их тем более нельзя лишать этого удовольствия.

Но тут возникает серьезная проблема. Как сохранить пищу теплой в субботу, не подвергаясь опасности нарушить записанный в Торе субботний запрет на любую термическую обработку продуктов? Здесь отметим, что термической обработкой, согласно нашей традиции, считается подогрев пищи (начиная с температуры в 40 градусов). Кроме того, не будем забывать, что в шаббат запрещено разжигать, а также — увеличивать или уменьшать огонь.

В этой связи Талмуд рассматривает возможность оставлять на время шаббата разожженный до его наступления огонь. Предметом обсуждения на нашем листе становятся два действия: ашая, когда кастрюлю с готовой едой до момента наступления субботы оставляют на огне (чтобы к вечерней трапезе пища все еще оставалась теплой), и — ахзара, когда кастрюлю сняли с огня и, разложив часть еды по тарелкам, возвращают на огонь уже в шаббат.

В Мишне, регламентирующей эти действия, читаем:

Если печь непосредственно перед наступлением шаббата протоплена соломой или хворостом (или чем-то еще, что быстро горит, не превращаясь в тлеющие угли), на нее разрешается ставить кастрюлю с предназначенной для субботы едой. Если же печь топили дровами, для того, чтобы поставить на нее кастрюлю с едой, надо выгрести из печи тлеющие угли или присыпать (эти угли) песком (чтобы человек, забыв о запрете, не начал бы переворачивать угли кочергой, увеличивая жар в печи)…

Это постановление вынесено представителями школы Ѓилеля (выдающийся Учитель Мишны, 1-й век), которые в целом принимали, как правило, более мягкие решения.

Тем не менее, представители школы Шамая (современник, коллега, друг и постоянный «оппонент» Ѓилеля), склонные к «устрожениям», открывают в этих вопросах иную грань Истины.

В их изложении Мишна звучит так:

Оставлять посуду с едой на огне с кануна шаббата можно только при условии, что угли из печи выгребли или присыпали песком. Возвращать же снятую кастрюлю с едой на огонь в сам шаббат (после того, как часть еды разложена по тарелкам) вообще — запрещается.

Теперь Талмуд приступает к исследованию содержания Мишны. И, прежде всего, выясняет, о каком из двух указанных действий (см. выше) говорится в первой части Мишны (выведенной последователями Ѓилеля): о действии, обозначенном термином ашая или — о действии ахзара.

Проведя глубокий анализ текстов источников и различных ситуаций, Учителя приходят к выводу, что речь здесь идет об ахзаре, когда емкость, внутри которой — приготовленная до шаббата еда, снимают с печи, а потом, раздав часть пищи людям, принимающим участие в субботней трапезе, снова ставят ее на горячую печь.

И это означает, что, согласно точке зрения Ѓилеля, возвращать кастрюлю (или любую другую емкость) с приготовленной до субботы едой во время шаббата на печь можно лишь в том случае, если в ней не было тлеющих углей или же угли из нее до наступления субботы либо выгребли, либо присыпали песком. Иными словами, это разрешается делать, если потенциальная вероятность увеличения или уменьшения огня — исключена.

Углубляясь в детальное изучение проблемы, Талмуд заключает, что в случае, если приготовленное накануне шаббата блюдо в кастрюле предназначается лишь для одной трапезы (то есть у хозяйки нет намерения во время шаббата возвращать кастрюлю на печь), Ѓилель и его ученики разрешают оставлять кастрюлю на печи в субботнее время. Даже если в ней не просто тлеют угли, но и открытый огонь еще не погас.

Однако при этом Учителя школы Ѓилеля выдвигают непреложное условие: пища в этой кастрюле перед наступлением шаббата должна быть доведена если не до полной готовности, то до такого состояния, когда ее все-таки можно есть (скажем, овощи жестковаты, но вполне пригодны для еды).

Чем же принципиально отличается ашая от — ахзары? Почему в одном случае пользоваться печкой с углями внутри в шаббат можно, а в другом — нельзя.

Потому что, — объясняют Учителя школы Ѓилеля, — в отличие от ситуации ахзары, при осуществлении действии ашая (оставляя приготовленное блюдо на печи — «нагревательном устройстве») вероятность того, что человек захочет «увеличить огонь» — ничтожно мала.

Важно отметить, что ѓалаха (еврейский практический закон) берет за основу позицию последователей школы Ѓилеля и, кроме всего прочего, разрешает возвращать в шаббат приготовленную до субботы еду на огонь.

К этому добавим, что современным аналогом «печи, в которой угли присыпаны песком» служит, например, газовая плита, горелки которой накрыты металлическим листом. Впрочем, для того, чтобы подогревать еду в шаббат, в наше время используют и специальные электрические платы (нагревательная спираль находится внутри прибора).

Автор текста Александр Капер


Трактат Шаббат

09.06.05

Лист 38

На нашем листе Талмуд продолжает обсуждать тему, поднятую на предыдущем листе и рассматривающую законы субботы, связанные с подогревом пищи в шаббат.

Из содержания предыдущего листа трактата мы узнали, что Учителя вынесли постановление, запрещающее оставлять перед субботой на открытом огне еду, которая еще не сварилась и не пригодна для употребления — в надежде, что она достигнет состояния готовности в сам шаббат (см. на сайте обзор листа 37). И это постановление призвано оградить людей от невольных нарушений субботнего закона Торы, запрещающего в шаббат разжигать, увеличивать или уменьшать огонь. Ведь каждому ясно, если бы в шаббат разрешалось доваривать пищу, человек, занятый подготовкой к шаббатней трапезе, вполне мог, не думая о запрете, машинально прибавить огонь, чтобы ускорить процесс и блюдо поспело вовремя.

Но что, если некто, забыв о запрете, все же оставил на огне перед шаббатом еду, которая к моменту наступления субботы не доварилась до состояния готовности? Можно ли постфактум (на иврите — бедиавад) съесть ее, если она стала пригодной для употребления только в шаббатнее время?

Такой вопрос задали ученики раби Хие бар Абе (великий Учитель Талмуда, родился в Вавилоне, затем жил в Эрец Исраэль; конец 3-го – начало 4-го века).

Задумался раби Хия, — рассказывает Талмуд, — и не ответил на вопрос в тот день.

Однако к следующему дню он нашел решение.

Если человек бешогег (непреднамеренно — по ошибке, неведению или «забывчивости») поставил для шаббата на огонь еду, не доведенную до состояния готовности, — сказал раби Хия бар Аба ученикам, сославшись на Тосефту (дополнительные высказывания Учителей периода составления Мишны, которые в Талмуд не вошли), — эту еду можно есть. Но если он сделал это бемезид (умышленно, рассчитывая приготовить то или иное блюдо именно в шаббат), такую пищу есть нельзя.

При этом раби Хия подчеркнул, что в Тосефте речь идет о ситуации, когда пищу поставили на огонь уже в шаббат, и к субботней трапезе она сварилась. И продолжил: если же еду, не доведенную до готовности, оставили на огне перед наступлением субботы, нет разницы, сделал это человек умышленно или — случайно, по ошибке.

Как же понимать ответ раби Хии? — спрашивает Талмуд. — Что он имеет в виду, говоря — «нет разницы». Как поступать в подобных случаях — можно есть эту еду или ее употребление запрещено?

Позицию раби Хии бар Абы анализируют Учителя последующих поколений.

В частности, Раба (один из крупнейших Учителей Талмуда в Вавилоне; конец 3-го века) и рав Йосеф (великий Учитель Талмуда третьего поколения, начало 4-го века) приходят к выводу, что раби Хия разрешал использовать по назначению еду, поставленную на огонь до наступления субботы, но доварившуюся до состояния готовности только в шаббат. И объясняют свою позицию так

Человек, оставивший на огне кастрюлю с едой еще до наступления шаббата (даже в том случае, если она не была доведена до состояния готовности к субботе), не нарушает запрет Торы. Ведь Тора, как известно, не дозволяет разжигать (увеличивать и уменьшать) огонь и готовить блюда, требующие термической обработки.

Человек, который до шаббата не довел блюда до готовности, нарушает установление Учителей, запрещающее начинать процесс варки продуктов для субботних трапез непосредственно перед наступлением шаббата. Поэтому пища, сама по себе, без усилий со стороны человека, приготовившаяся в субботу, постфактум разрешена для употребления. В отличие от еды, процесс варки которой начался в сам шаббат.

Поэтому недоварившуюся к началу субботы еду постфактум можно есть, независимо от того, намеренно человек ее не доварил или — случайно.

Исследуя ответ раби Хии, раби Нахман бар Ицхак (один из крупнейших Учителей Талмуда в своем поколении; 4-й век, Вавилон) открывает иную грань Истины.

Раби Хия бар Аба, — говорит он, — не разрешал есть недоваренную еду, оставленную на открытом огне до шаббата. Даже в том случае, когда человек действовал непреднамеренно и просто, к примеру, допустил ошибку.

С точки зрения раби Нахмана, сам факт, что в данном случае был нарушен не запрет Торы, а постановление Учителей, должен становиться причиной для большего устрожения закона, а не, наоборот — для смягчения.

Свою позицию раби Нахман бар Ицхак разъясняет таким образом.

В случаях, когда человек намеренно нарушает запрет Торы, он вряд ли будет оправдывать себя тем, что действовал якобы неумышленно. Вряд ли кто решится на попытку обмануть Всевышнего. Каждый знает, что именно Творец дал людям этот закон и что Он — всеведущ. Поэтому, если некто утверждает, что сварил пищу в шаббат по ошибке (непреднамеренно), нет никакого смысла наказывать его, запрещая эту пищу употреблять.

В случае с установлением Учителей, существует куда большая вероятность, что человек будет относиться к нему, как к закону, «придуманному людьми». И, как следствие, некоторые могут предпринимать попытки обойти этот закон. В частности, выдавая намеренные действия за — непредумышленные. Поэтому в данном случае есть гораздо больше оснований для того, чтобы запретить для еды недоваренную и оставленную на огне перед шаббатом пищу. Даже в той ситуации, когда «нарушитель» утверждает, что сделал это по ошибке…

Автор текста Александр Капер


Трактат Шаббат

10.06.05

Лист 39

На нашем листе Талмуд продолжает рассматривать различные аспекты правил, связанных с процессом приготовления (термической обработкой) еды, пригодной для употребления в шаббат (см. на сайте обзоры листов 37 и 38).

В размещенной здесь Мишне читаем:

Продукты, которые легко варятся (или жарятся), нельзя класть в непосредственной близости с источником тепла…

О чем здесь идет речь?

Приступая к анализу содержания Мишны, Талмуд объясняет, что в ней говорится, к примеру, о яйцах, которые могут быстро свариться или зажариться (стать пригодным для еды блюдом), и без высокой температуры обработки (открытый огонь) в данном случае вполне можно обойтись. В самом деле. Жизненная практика показывает: если, допустим, разбить яйцо в сковороду, только что снятую с огня, оно превратится в яичницу. Другой вопрос — разрешается ли такую яичницу есть в шаббат?

В процессе обсуждения выводится и критерий, определяющий условие, при котором начинает действовать означенный в Мишне запрет. Это — температура пищи «легкого приготовления» при контакте с объектом, разогретым от источника тепла. Если «объект» нагрет до такой температуры, что к нему нельзя прикоснуться рукой, — говорят Учителя, — значит, продукт, контактируя с ним, может свариться. Эта температура имеет конкретное выражение — чуть больше 40 градусов, и в Талмуде она обозначается термином — яд соледет (в буквальном переводе — «рука отдергивается»).

Это правило, — отмечают Учителя, исследуя указание Мишны, — относится не только к посуде, нагретой на огне, но и к емкости, которая раскалилась под воздействием горячих солнечных лучей. Поэтому в субботу, когда варить еду запрещено, не разрешается, скажем, жарить яичницу на сковороде, раскаленной на солнце.

Однако раби Йоси (великий Учитель Мишны; 2-й век) усматривает в этом вопросе иную грань Истины.

Если посуда нагрета не на огне, — говорит он, — в ней можно готовить еду в шаббат. Нет нарушения законов субботы и в использовании того же яйца, если оно испеклось на раскаленных от солнца камнях или — песке.

Рассматривая различные аспекты текста Мишны, раби Йоси подчеркивает, что субботний запрет на то, чтобы класть продукты рядом с огнем, где они могут подвергаться термической обработке — не постановление Учителей, но — прямое следствие запрета самой Торы. Тора не дозволяет в шаббат совершать бишуль (варка, термическая обработка), что включает в себя любой способ приготовления пищи при помощи огня или объекта, нагретого на огне (толадат ур). Что же касается способов приготовления пищи при помощи объектов (сковорода, например), которые нагрелись без участия разожженного огня и раскалились под воздействием жарких солнечных лучей (толадат хама), в Торе на это запрета нет.

Разница в видении данной проблемы, — говорит рав Нахман (один из крупнейших Учителей Талмуда в Вавилоне, 3-й век), — обозначенная в высказываниях раби Йоси и других Учителей, связана, прежде всего, с оценкой возможных ситуаций. Никто из Учителей, включая раби Йоси, не выдвигает возражений против того, что приготовление пищи на огне или при помощи объекта, раскаленного на огне — бишуль, запрещенный Торой. Все без исключения Учителя поддерживают позицию раби Йоси в том, что термическая обработка продуктов на раскаленных солнцем камнях и песке — не бишуль. И, следовательно, их можно есть в шаббат. Но, в отличие от раби Йоси, запрещая в субботу «готовить» еду в раскаленной солнцем посуде, руководствуются лишь опасениями, что на практике люди по неведению, получив разрешение на это, могут подумать, что не нарушат субботний закон, если, положим, сделают яичницу в сковороде, нагретой и на огне.

Далее Талмуд рассказывает о том, как жители Тверии, живущие возле горячих источников, целебная вода которых непригодна для питья, провели трубу с холодной родниковой водой таким образом, чтобы она проходила через горячий источник и — нагревалась.

Сделав это, они обратились к Учителям и спросили: можно ли пользоваться нагретой таким способом водой в субботу и праздники?

В шаббат такую воду, — ответили Учителя (сразу же скажем, что их позицию поддержал и раби Йоси), — так же, как и воду, нагретую обычным способом, нельзя пить, и мыться ею — тоже запрещено. А в праздник (йом тов) ее разрешается пить, но мыться ею — не разрешается.

Иными словами, Учителя не делают различий между водой, нагретой горячими источниками, и водой, нагретой непосредственно на огне.

В этой связи Талмуд задается вопросом: почему раби Йоси, разрешая в шаббат использовать «силы природы» для приготовления пищи, запрещает пользоваться ими для субботнего «подогрева» воды?

И, проведя глубокий анализ проблемы, заключает: дело в том, что в данном случае речь идет о запрещенном Торой нагревании с помощью «объекта», разогретого на огне. Ибо горячие источники Тверии, через которые жители города провели водопроводные трубы, нагреваются от подземного огня

Автор текста Александр Капер


Трактат Шаббат

11.06.05

Лист 40

На нашем листе Талмуд продолжает обсуждать аспекты установлений, связанных с процессом приготовления (термической обработкой) пищи, пригодной для употребления в шаббат (см. на сайте обзоры листов 37 и 38). И, в частности, развивает тему, поднятую в Мишне предыдущего листа, в которой рассматриваются различные виды термической обработки продуктов — не только на огне, но и, к примеру, на раскаленных солнечными лучами камнях и т.п. (см. на сайте обзор листа 39).

В предыдущем обзоре мы выяснили, что Учителя, стараясь оградить людей от возможных ошибок, в результате которых можно нарушить законы субботы, запретили готовить еду не только в посуде, нагретой на огне, но и в емкостях, разогретых горячими солнечными лучами. Хотя в принципе, как подчеркивает Талмуд, воздействие «природных сил» на продукты питания бишулем (процесс варки) не считается.

На нашем листе Талмуд вновь возвращается к истории о том, как жители Тверии, живущие возле горячих грязевых источников, провели через них водопроводную трубу, по которой текла, нагреваясь, чистая родниковая вода (см. там же). Напомним, что Учителя, к которым обратились представители населения города с вопросом — можно ли пользоваться этой горячей водой в шаббат и в йом тов (праздничный день), приравняли «статус» этой воды к воде, которую греют на огне в шаббат, и запретили в субботу пить ее и мыться ею. Ведь подземный огонь, от которого нагреваются горячие ключи, бьющие из-под земли — тоже огонь. Чем же он отличается от огня, который разжигают люди?

Но в йом тов, — сказали Учителя, — иная ситуация. Следует считать, что эта вода нагрета на огне в йом тов. Пить ее можно, но мыться ею — нельзя.

Анализируя различные аспекты такого решения Учителей, Талмуд задается вопросом: означает ли это, что в воде, нагретой на огне до шаббата, мыться разрешается?

В воде, которая нагрета до шаббата, — отвечают на этот вопрос Учителя, — в субботу можно мыть лицо, руки и ноги (и другие части тела), но все тело сразу и этой водой мыть — запрещается.

Итак, мы узнаем, что в воде, нагретой до наступления шаббата, в течение всей субботы тело омывать нельзя, но можно мыть лицо, руки, ноги и т.д. А в воде, нагретой в сам шаббат (тот же статус имеет вода, проходящая по водопроводной трубе через горячие ключи в районе города Тверии), в субботу запрещается мыть даже отдельные части тела.

Несколько иные правила действуют и в йом тов, — подчеркивает Талмуд. — В воде, нагретой в сам йом тов (в том числе — посредством горячих источников), нельзя омывать тело полностью, но мыть ею лицо, руки и ноги — разрешается.

Но откуда проистекает этот запрет — на мытье всего тела в шаббат в горячей воде?

По этому поводу раби Шимон бен Пази рассказывает, что когда-то такого запрета не было — в субботу разрешалось ходить в баню и мыться в горячей воде. Но воду обязательно грели до наступления шаббата. Однако со временем обнаружилось, что некоторые банщики стали греть воду и в сам шаббат, нарушая заповедь Торы (ведь нагрев воды — та же «термическая обработка продукта», осуществлять которую Тора запрещает). Мало того, они еще и тщательно это скрывали. Утверждали, что действовали по правилам, и грели воду накануне шаббата. И это лишь усугубляло их проступок.

Чтобы оградить банщиков от самой возможности лгать по поводу горячей воды, а посетителей бань — от невольного нарушения законов шаббата, Учителя вообще запретили мыться в субботу горячей водой. Осталось лишь разрешение париться в бане.

Понятно, что пользование парилкой могло подталкивать людей на уловки: отправляясь в баню в субботу, они заявляли, что идут париться, а сами заодно омывали тело теплой водой, подогретой в шаббат. Тогда Учителя наложили запрет и на парилки.

Следует отметить, что при этом в шаббат, как и прежде, разрешалось купаться в горячих источниках Тверии. Ибо Учителя поняли, что запрещать купание в них — бессмысленно. Ибо народ к этому не готов. Такое решение могло вызвать и обратную реакцию. Возроптав, люди способны не подчиниться и другим установлениям Учителей.

Это постановление Учителей демонстрирует нам, что они выносили свои решения, руководствуясь не только результатами своих исследований, но и — с учетом настроения людей, трезво оценивая их духовный уровень.

В добавлении к сказанному Талмуд подчеркивает, что просто так, не для того, чтобы париться или мыться, заходить в общественные бани в шаббат — разрешается. Дело в том, что во времена Талмуда они служили, помимо прочего, чем-то вроде культурных центров.

Речь идет именно об общественных банях больших городов, — уточняет Рава (величайший Учитель Талмуда; Вавилон, 4-й век). — Они действительно были местом сбора и общения многих людей. Но в небольшие деревенские бани обычно ходили только мыться. Поэтому в шаббат и «просто так» заходить в них запрещалось…

Автор текста Александр Капер




New Page 5

 

Введение в трактат Шаббат

 

Трактат Шаббат открывает второй раздел центрального ядра Устной Торы — Мишны. Название второго раздела — Моэд, то есть — «выделенное, предназначенное (время)».

Наиболее яркий пример такого «предназначенного» времени — седьмой день недели, шаббат.

Слово шаббат означает — «(день), когда (конструктивная) деятельность прекращена». Первым шаббатом в истории был седьмой день процесса Сотворения мира, с наступлением которого Всевышний прекратил свою «деятельность» по созданию мира. Иначе говоря, шаббат символизирует факт, что Мир был сотворен за шесть дней.

Тора дает определение, согласно которому евреям в шаббат нельзя заниматься конструктивной деятельностью (книга Шемот, гл. 20, ст. 8-10). На иврите «конструктивная деятельность» называется — мелаха. И основная задача нашего трактата — в том, чтобы в деталях выяснить, что входит, и что не входит в понятие «мелаха». Насколько важна эта задача — очевидно. Ведь, все то, что входит в понятие «мелаха» делать нам в субботу запрещается, а все, что не входит — разрешается. Это утверждение — верное, но дает лишь весьма общее представление о данной теме. Ибо существует еще и немало нюансов.

Чтобы донести до нас содержание заповедей, Тора пользуется различными методами. Иногда дает точное распоряжение (к примеру — «свиное мясо есть нельзя). В некоторых случаях применяет способ «повторного указания» на какую-либо заповедь. Часто — для того, чтобы связать одну заповедь (скажем, о субботе) — с другой. В данном случае в тексте Торы (Шемот, гл. 35, ст. 1-4) мы находим повторение запрета на осуществление мелахи (см. выше) в субботу непосредственно перед заповедью о строительстве Мишкана (условно говоря — переносного Храма, который носил с собой народ Израиля в период сорокалетнего странствия по пустыне Синая).

Устная Тора, полученная Моше Рабейну на горе Синай вместе с Письменной Торой, определяет, что мелаха — это действие, осуществление которого было необходимо, чтобы подготовить материалы для строительства Мишкана и для обеспечения его деятельности.

Из трактата Шаббат мы узнаем, что всего насчитывается 39 видов («категорий») действий, без которых построить Храм и/или обеспечить его функционирование было невозможно.

Следует отметить, что каждая мелаха подразделяется на подвиды. Действия, составляющие эти подвиды, также нельзя производить в шаббат. Все это в подробностях рассматривается в нашем трактате.

Кроме того, мы узнаем, что осуществление того или иного действия, включенного в понятие «мелаха», должно быть сознательным. Это подразумевает, что человек, совершающий действие, (в отличие от случайно произведенного действия) испытывает желание его осуществить и ставит перед собой цель, которую хочет достичь в результате этого действия.

Запрещены, как правило, только сознательные действия. Очевидно, что в определении самого понятия — «сознательное» есть множество нюансов, а, значит — и последствий, которые испытывает на себе человек, стремящийся правильно соблюдать законы шаббата. И этому наш трактат уделяет немало внимания.

Как и в любом другом трактате, в трактате Шаббат мы найдем сведения и о других заповедях, а также — о разных явлениях нашего, земного мира и духовных миров.

Трактат Шаббат состоит из 24 глав. Всего в нем — 157 листов.

Автор текста Элиягу Эссас

 

 

Новая страница 1



 

ВСЕ ТРАКТАТЫ:

Шаббат

Йома

Хуллин

Менахот

Зевахим

Авода зара

Шевуот

Макот

Санѓедрин

БАВА БАТРА

БАВА МЕЦИЯ

БАВА КАМА

СОТА

 

К началу

 

Может ли современный еврей быть похоронен в пещере?


Поиск по сайту:

New Page 1



 


 

 
New Page 1

Главная страница  |  Помочь сайту
  Анализ новостей  |   Дайджест
Недельная глава   |   Праздники   |   Лист Талмуда    
Спроси у раввина:   /   Ответ дня  /   Блиц-ответы
Объектив  |   Афтарот  |   Заповеди Торы
Этика  |   Видеоконференции  |   Культура  |   Личность
К размышлению  |   Медицина  |   Психология 
Библиотека  |   Аудио-уроки  |  


Посещайте наш сайт ежедневно!

Обновления сайта производятся каждые 2 часа ежедневно
(кроме субботы и праздников) до 22 часов по израильскому времени

Присылайте Ваши предложения и пожелания по адресу: webmaster@evrey.com

logo ©

© 2001 Evrey.com  



New Page 1


 
 
  Лучшие Сайты
Израиля