ЭКЕВ 
"ЭКЕВ"
ЭКЕВ 
Элиягу Эссас: текст обращения к посетителям сайта Чтение текста
Афтары

"ЭКЕВ"

Август 21, 2019   19 Ав 5779

До субботы - 3 дня

New Page 1
  
Главная страница  
Анализ новостей  
Дайджест  
Недельная глава    
Комментарии (видео)   
Комментарии (текст)   
- Чтение            
Праздники   
Лист Талмуда   
Мишна, главы   
(видеокомментарии)
   
Заповеди Торы   
Спроси у раввина    
- Ответ дня       
- Блиц-ответы   
- Видео-ответы   
Афтарот    
- Комментарии   
- Чтение            
Аспекты Галахи   
Этика   
Культура   
Личность   
К размышлению   
Женский   
дневник
   
Медицина   
Психология   
Библиотека   
Аудио и Видео уроки   
Объектив   
Видео   
конференции
   
Отзывы и    предложения   
Почта   
English   
 

        
Иерусалим
Москва
Киев
Минск
Нью-Йорк


Курс шекеля
Курс рубля
                  
                                   

  Поиск на сайте:  

 
Праздники и памятные даты:

Все еврейские даты начинаются накануне вечером!
 
Рош а-Шана
1-2 Тишри
(30.09 - 1.10.19)
Йом Кипур
10 Тишри
(09.10.19)
Суккот
15-21 Тишри
(14 - 20.10.19)
Шмини Ацерет
Симхат Тора

В Израиле - 22 Тишри
(21.10.19)
В диаспоре - 
22-23 Тишри
(21 - 22.10.19)
Ханука
25 Кислева - 2 Тевета
(23.12 - 30.12.19)
Пост 10 Тевета
10 Тевета
(7.01.20)
Ту би-Шват
15 Шват
(10.02.20)
Пурим
14 Адара
(10.03.20)
в Иерусалиме -
15 Адара
(11.03.19)
Песах
15-21 Нисана
(09.04 - 15.04.20)
В диаспоре 
15-22 Нисана
(09.04 - 16.04.20)
День катастрофы и героизма
27 Нисана
(21.04.20)
День памяти павших 
3 Ияра
(28.04.20)
День независимости Израиля
4 Ияра
(29.04.20)

Лаг ба Омер
18 Ияра
(12.05.20)

День Иерусалима
28 Ияра
(22.05.20) 
Шавуот
6 Сивана
(22.05.20)
В диаспоре 6-7 Сивана
(29.05 - 30.05.20)
Девятое Ава
 9 Ава
(30.07.20)
 



Раздел ведет 
рав Элиягу Эссас
О ЛИСТАХ ТАЛМУДА

О ТАЛМУДЕ


 


О Трактате БАВА БАТРА



Трактат Бава Батра


Трактат Бава Батра

21.07.02

Лист 123

Продолжая тему о потенциале человека, в частности, о духовном потенциале 12-ти сыновей Яакова, Талмуд обсуждает проблему двойной доли, которую должен получить первенец — старший сын (на иврите — бехор).

Кто был бехором у Яакова?

Как будто бы его первенец — Реувен. Эрец Исраэль поделили между 12-ю коленами. При этом, колено Леви удела не получило (чтобы расселиться по всей земле, ибо по профессии левиты были преподавателями Торы). Откуда же тогда взялись в Эрец Исраэль 12 наделов, если колено Леви среди них не числилось?

Колено Йосефа поделили на два: колено Эфраима и колено Менаше. Поэтому и получилось, что количество наделов не изменилось. Их по-прежнему было двенадцать.

Мы видим, что двойную долю получил в результате не Реувен, а Йосеф. Почему?

Реувен был старшем сыном Яакова от Леи. Но в космическом смысле “основной женой” Яакова была Рахель. В этом и состояла главная причина, почему двойную долю получил первенец, которого родила Рахель.

Но из двух сестер старшей была Лея, — выдвигает возражение Талмуд. Как же так вышло, что именно Рахель стала матерью бехора?

Талмуд дает разъяснение: Рахель ради сестры пожертвовала своими интересами. Ведь Лаван хотел обманом привести Лею в шатер Яакова (Лея и Рахель были “двойняшками”, и Яаков вряд ли узнал бы о подмене).

Рахель могла предотвратить этот обман. Но тогда Лея была бы опозорена, ибо согласилась прийти к Яакову.

И вот ради Леи Рахель промолчала, не раскрыла правду Яакову. При этом рисковала всем — вплоть до разрыва отношений с Яаковом, возможности создать с ним семью. Более того, в космическом смысле Рахель рисковала своим предназначением — она могла бы не стать одной из праматерей еврейского народа. Однако она сделала это сознательно, считая, что самое важное в этот момент — оградить от позора сестру.

Поэтому, — заключает Талмуд, — Рахель заслуженно стала матерью духовного первенца Яакова.

Далее мы узнаем о внутренней духовной сути Йосефа-первенца. Его роль — уничтожить “корень зла” в среде других народов. Братья-близнецы — Яаков и Эсав — были не просто “детьми Ицхака”. Они воплотили в себе архетипы (модели) — еврейского народа в целом (Яаков) и нееврейского мира (Эсав).

Внутри Эсава — Амалек стал архетипом (моделью) богоборчества, активной деятельности против Творца.

В Торе, а потом — в Танахе описываются противостояния еврейского народа и потомков Амалека. И в каждом из таких противостояний фигурировал один из прямых потомков Йосефа.

Талмуд уточняет: непосредственно битвами с Амалеком могли руководить потомки разных колен, но в любой битве среди участников всегда можно было найти потомка Йосефа. Такого не скажешь больше ни об одном из колен.

В этом и состояла суть “старшинства” Йосефа — в способности противостоять и побеждать зло в мире.

Автор текста Элиягу Эссас


22.07.02

Лист 124

Такое, казалось бы, четкое постановление Торы о том, что первенец (бехор) получает двойную долю в наследстве, на самом деле таит в себе неясности.

Прочтем посвященную этому фразу из Торы: “Но первенцем должен он (отец) признать его... чтобы дать ему двойную часть из всего, что у него есть...” (Дварим, гл. 21, ст. 17).

Как видим, Тора подчеркивает, что отец должен “дать ему...”. Не сказано — “оставить”.

И еще: “дать” он может только из того, что “у него есть”. А ведь человек часто “не держит при себе” свое имущество. Оно может быть у него, если можно так выразиться, — в потенциале. Скажем, он что-то одолжил другому человеку, и долг вернут ему только через год...

Обсуждением нюансов этих проблем и занимается Талмуд на нашем и нескольких последующих листах.

Здесь, на листе 124, Талмуд разбирает значение слова “дать (ему)”. И Раби (раби Иегуда а-Наси, редактор Мишны; начало 3-го века) говорит, что двойная доля — вообще не доля в наследстве, что речь идет о подарке. Точнее, первенцу полагается “стандартная” доля, равная долям других братьев, вторую же часть получает в подарок.

Как нередко бывает в Талмуде, это обсуждение, на первый взгляд, кажется схоластическим, оторванным от реальной жизни. Если первенец по закону получает двойную часть имущества, какая, в сущности, разница, как будет квалифицирована каждая часть?

Однако разница есть. И немалая.

Если, к примеру, вторая доля — подарок, первенец вправе от нее отказаться. И это порой ему выгодно. Скажем, налог на дареное имущество выше стоимости самого имущества. Так бывает, когда цены на землю падают...

Но если обе доли — наследственные, отказываться нельзя. Первенец должен взять все, что ему полагается, уплатить налог и только потом может продать или даже отдать полученное.

Точно также различаются ситуации, когда речь идет о потенциальном имуществе, о том, что присоединится к унаследованному владению в будущем, но пока реально “в руках” наследников этого нет. К примеру, глава семьи сформулировал свое завещание так: “все, что придет на мое имя впредь, оставляю тому-то и тому-то”.

Но если вторая доля — подарок, первенец не получит две доли от “будущего имущества”, так как закон Торы не позволяет дарить то, чего на данный момент у дарителя нет.

Далее Талмуд переходит к очень необычной теме — рассматривает решения судьи в случае, когда ѓалаха точных установок не дает. Вопрос, как определяется вторая доля имущества, положенного первенцу, как раз такой случай. Ибо Талмуд окончательного ответа на него не дает.

Теперь предположим, что в каком-то городе судья вынесет постановление, основанное на одном из двух мнений. В другом городе решение судьи будет иметь иную основу. Так не должно быть. Но, тем не менее, в нашем случае — с правами первенца, окончательного решения не существует. Однако, если мы внимательно прочтем обозрения 122 и 123 листов, станет очевидным, что за проблемами как будто бы “технического” свойства кроются серьезные мировоззренческие вопросы. И потому Талмуд делает довольно неожиданный вывод: оба решения будут считаться верными. Несмотря на то, что они исходят из двух совершенно разных аксиом.

Приведем пример.

Фактически первенцем Яакова был Реувен. Но первенство свое он потерял. Оно перешло к двум его братьям. В каком-то смысле первенцем Яакова стал Йосеф (см. на сайте обозрение листа 123), в другом смысле — Иегуда (его потомки будут царями в Израиле). И первенство Йосефа и первенство Иегуды — законны. Каждое — по-своему. Более того, каждое из них раскрывает свою грань Истины, свою грань Устройства духовных миров.

Автор текста Элиягу Эссас


23.07.02

Лист 125

Мы уже говорили о том, что по закону Торы первенец получает две части наследства. На нашем листе Талмуд обсуждает детали этого закона.

Допустим, у человека было три сына. Уйдя в мир иной, он оставил сыновьям 400 золотых. Из них 200 получает первенец. Его братьям достается по 100 золотых.

Талмуд разбирает случай, когда наследство (или его часть) представлено долговым документом. То есть при жизни отец дал в долг деньги, и, умерев, оставил после себя долговую расписку.

И тут возникает некая проблема. Закон о праве первенца на двойную долю наследства, распространяется лишь на имущество, которым владел его отец на момент смерти.

Талмуд задается вопросом: как в связи с этим рассматривать долговой документ? Можно ли в данном случае приравнять расписку к реальным деньгам или она в данный момент — ничего не значащая бумажка, по которой наследники когда-нибудь смогут получить сумму долга?

Это принципиальный вопрос, ибо от того, каков будет ответ, зависит, получит первенец двойную долю или сумму, равную той, которая полагается двум другим братьям.

Если долговая расписка приравнивается к реальным деньгам, получается, что отец на момент смерти владел этими деньгами. И, значит, первенец с полным правом может претендовать на двойную долю.

Первенец получит две части от суммы долга, указанной в расписке, так как долговой документ приравнивается к деньгам, — говорит раби Иегуда а-Наси (составитель Мишны).

Расписка — всего лишь письмо, дающее право получить с должника деньги, — возражает рав Иегуда (Учитель Талмуда второго поколения; Вавилон, 3-й век) от имени Шмуэля. — А, следовательно, полученная в результате сумма будет поделена между братьями поровну.

Ѓалаха (практический закон) принимает точку зрения рава Иегуды.

Далее Талмуд переходит к обсуждению второй ситуации, когда, одолжив деньги, отец взял в залог участок земли. По закону, если должник в назначенный срок деньги не возвращает, заложенная земля переходит во владение кредитора. Как этот закон соотносится с правами наследников? А здесь нас интересует, получит ли первенец в этой ситуации двойную долю наследства.

Казалось бы, земля реальнее документа. Тем более, что отец пользовался ею и, собирая с посевов на ней урожай, вычитал его стоимость из суммы долга. Допустим, еще до смерти отца подошел окончательный срок платежа, должник не расплатился, и земля перешла во владение кредитора. Тогда старший брат после смерти отца, естественно, имеет право на двойную долю участка.

Но, предположим, что отец покинул этот мир до наступления окончательного срока возвращения долга. Тогда мы не можем считать, что он являлся полноправным владельцем заложенного земельного участка. Да, он обрабатывал землю и собирал с нее урожай. Но в любой момент мог появиться должник и, уплатив одолженную сумму до срока, указанного в расписке, забрать свой земельный надел. А, поскольку отец полноправным владельцем земли не являлся, оставленная в залог земля после его смерти должна быть поделена между его сыновьями поровну.

Под таким углом зрения и рассматривает ситуацию рав Нахман (коллега рава Иегуды).

Однако Раба (величайший Учитель Талмуда третьего поколения) видит ситуацию иначе. Кредитор в любом случае считается владельцем земли, — говорит он. — Отсюда вытекает, что первенцу после смерти отца (кредитора) полагается отдать двойную долю участка. То есть участок делится на четыре части, две из которых отдают первенцу.

Талмуд переходит к третьей ситуации.

Отец, уйдя в мир иной, оставил в наследство сыновьям прибыль от ссуды, которую он дал под проценты (нееврею, ибо только с неевреями разрешалось вступать в подобные финансовые отношения).

На первый взгляд, ситуация кажется простой. Проценты со ссуды трудно считать “имуществом” отца. Допустим, “круглая” сумма образовалась уже после смерти отца. И вполне логично предположить, что “набежавший процент” поделят между осиротевшими братьями поровну.

Однако не сбросишь со счетов и другую сторону вопроса. Когда отец давал ссуду, процент, который он должен был получить до ее возврата, был вычислен заранее. И получается, что ситуация аналогична той, которая возникает между кредитором и должником, если деньги даются в долг без процента. То есть и в этом случае первенец получает двойную долю наследства.

Автор текста Ариэль Долгопят


24.07.02

Лист 126

Талмуд продолжает тему двойной доли наследства, которая в определенных случаях полагается первенцу.

На нашем листе для обсуждения выдвигается ситуация с виноградником.

Допустим, отец владел виноградником. Отец умер, и двое младших братьев проделали дорогостоящую работу — собрали виноград со всего участка. Возникает вопрос: должен ли первенец (их старший брат, которому досталась половина виноградника) заплатить им за то, что они сняли урожай с его части виноградника?

Должен, — говорят наши Учителя. Ведь старший брат, первенец, получает две части владений отца (на момент смерти). В данном случае наследство составляет и несобранный виноград. Работа по его сбору к наследству не прилагается. Следовательно, ее надо оплатить, даже если старший брат не просил младших братьев снять виноград с его участка.

Однако есть здесь и некий нюанс. Если, к примеру, первенец сказал, что готов сам заняться сбором урожая и в услугах младших братьев не нуждается, а они, несмотря на это, сняли с его участка виноград, старший брат не обязан оплачивать их труд.

Заметим, что законы, о которых мы говорим, распространяются лишь на те случаи, кого сама сущность вещей не меняется. Как в ситуации с виноградником, например. Виноград рос, а когда его сняли, он все равно остался виноградом.

Другое дело, если из него сделали вино. Здесь применим уже другой закон.

Допустим, братья сняли виноград со всего принадлежавшего их отцу участка и изготовили из него вино. По закону, высчитывается стоимость винограда, вызревшего на участке старшего брата. Младшим братьям придется выплатить старшему эту сумму, а вино останется им.

Это постановление выводится из законов о воровстве и киньяне (приобретении).

Допустим, человек украл автомобиль. Его поймали, он признался, что совершил кражу, и машину вернули владельцу. Это — в случае, если машина в нормальном состоянии. Ну, а если вор разбил ее? Тогда ему придется вернуть стоимость машины (по цене, которую имел этот автомобиль до кражи). В данном случае авария, в которую попал угонщик, становится киньяном — действием, “фиксирующим” акт “приобретения” этого автомобиля.

Но как эта ситуация связана со сбором винограда?

В разбираемом нами случае младшие братья, собрав урожай и изготовив из винограда вино, тоже сделали “приобретение”. Здесь киньяном служит акт производства вина.

Талмуд переходит к обсуждению следующей ситуации.

Положим, первенец сказал: “Отказываюсь от права первенца, делим отцовское владение поровну”. Как это понимать?

Это заявление первенца надо относить только к тому имуществу, которое братья делят в данный момент, — говорит рав Папа (Учитель Талмуда пятого поколения), ссылаясь на точку зрения Равы (величайший Учитель Талмуда; Вавилон, 4-й век). — При разделе остальных отцовских владений его право на двойную долю сохраняется.

Взяв за основу предпринятое по этому поводу исследование Равы, его ученик рав Папи (коллега рава Папы) делает противоположный вывод: отказ первенца от своих преимуществ распространяется на все имущество, доставшееся братьям в наследство. То есть все отцовские владения делятся между братьями поровну.

Ѓалаха (закон) устанавливается, согласно высказыванию рава Папи.

Далее на нашем листе приводится Мишна:

Если человек сказал: “мой первенец не получает двойную долю (в наследстве)” или: “такой-то из моих сыновей не получит наследство”, как будто не сказал ничего (суд эти слова не признает). Ибо он выдвинул условия, противоречащие тому, что написано в Торе.

Если человек делит свое имущество (не упомянув, что речь идет о наследстве), и одному из сыновей дает больше, а другому — меньше, или первенцу не дает больше, чем другим, его решение действительно (и признается в суде). Но, если в момент дележа он сказал: “в качестве наследства”, как будто не сказал ничего (такой раздел имущества аннулируется).

Если в документе о разделе имущества он написал слова — “в подарок”, в начале документа, в середине либо в конце, документ действителен (даже если в нем содержатся слова “наследство” и т.п.).

Нюансы этой Мишны обсуждаются на следующих листах.

Автор текста Ариэль Долгопят


25.07.02

Лист 127

Кто автор Мишны, приведенной на 126-м листе? — спрашивает Талмуд. И отвечает: во всяком случае, не раби Иегуда (Учитель Мишны, ученик великого раби Акивы; 2-й век). И мы убедимся в этом, рассматривая отрывок из Талмуда, процитированный на нашем листе (трактат Кидушин, лист 19).

В этом фрагменте читаем: “(Даже если) некто говорит девушке — ты будешь мне посвящена при условии, что у меня не будет по отношению к тебе никаких обязательств, которые Тора накладывает на супруга, девушка считается помолвленной, а условие аннулируется. Такова точка зрения раби Меира (коллеги раби Иегуды)”, мотивированная тем, что человек не вправе диктовать условия, противоречащие законам Торы.

И далее: “Условия, регулирующие материальные отношения между супругами, остаются в силе, — говорит раби Иегуда”.

Отсюда и делается вывод, что раби Иегуда, скорее всего, не мог сформулировать Мишну, которая отказывала бы отцу в праве давать указания по распределению наследства после его смерти, если они противоречат законам Торы.

Однако Талмуд находит между этими двумя положениями существенные различия, ставящие сей вывод под сомнение.

Одно из различий заключается в том, что первенец, которому отец отказывает в полагающейся ему по закону двойной доле наследства, в сердце своем, безусловно, не способен примириться с решением отца. Но когда речь идет о помолвке, тут девушка, выслушав условия жениха, сознательно на них соглашается и, значит, в сердце принимает их. Поэтому раби Иегуда, подтверждающий право жениха ставить условия невесте, вполне может отказать в этом праве отцу, как, собственно, и написано в Мишне.

Поскольку в Мишне речь идет о наследстве сына-первенца, Талмуд поднимает ряд вопросов, связанных с рождением ребенка. В частности, рассматривает юридическое положение младенца, пол которого при рождении определить невозможно, и только через некоторое время выясняется, что на свет появился мальчик. Такого ребенка на иврите называют тумтум (пол скрыт).

Если туттум — первенец, — говорит рав Аши (великий амора — Учитель Талмуда, редактор Талмуда; 5-й век), — двойную долю в наследстве он не получает. Ибо в Торе сказано: “будет сын — первенец” (Дварим, гл. 21, ст. 15), откуда ясно что, что первенцем в этом смысле может считаться лишь мальчик с самого момента рождения.

Тумтум не уменьшает двойную долю первенца, — дополняет Амеймар (коллега рава Аши). — Ибо в Торе сказано: “И родит ему сыновей” (там же). Что означает, что тумтум не считается сыном от рождения, что важно для определения первенца и, соответственно, полагающейся первенцу двойной наследственной доли.

Учитывая саму возможность рождения ребенка, пол которого первое время неизвестен, Гемара выясняет, какие вообще существуют законы на случай, если при решении вопроса — кто из детей является первенцем, возникают затруднения.

Рассматривается, к примеру, ситуация, когда в семье рождаются близнецы. Что делать, если после их рождения родители их “перепутали” и не могли точно сказать, кто из них появился на свет первым?

Оба они, — говорит Талмуд, — выступают в роли “единого первенца”.

Что делать, если, скажем, известно, кто из близнецов — первенец, но отец утверждает, что это не так?

Тогда, как в первом случае, обоих следует рассматривать как “единого первенца”, — отвечает Шмуэль (великий амора, Учитель Талмуда первого поколения, 3-й век).

И это решение не противоречит ни тому, что говорит раби Иегуда, ни тому, что говорят другие наши Учителя, высказывая различные точки зрения по поводу фразы в Торе: “...первенцу полагается двойная доля, даже если он родился от жены, которую муж ненавидит, ибо знает его” (Дварим, гл. 21, ст. 17).

Для чего здесь написано — “знает”? Это слово в приведенном фрагменте вообще как будто бы лишнее. Но нам известно, что “лишних” слов в Торе нет и быть не может. И раби Иегуда дает ему такое объяснение: оно указывает, что даже в случае, когда считается, что этот, конкретный ребенок — первенец, а отец утверждает — “другой”, в расчет принимается мнение отца.

При этом, если есть два свидетеля, показывающих, что первенец — не тот ребенок, о котором говорит отец, мнение отца юридической силы не имеет. Против такого правила не возражает и раби Иегуда.

Многие наши Учителя не принимают позицию раби Иегуды. На их взгляд, даже если нет доказательств, первенцем следует считать того ребенка, которого еще до момента, когда это приобрело принципиальное значение, все называли первенцем.

Но ведь у отца есть право, — возражает Талмуд, — выделить двойную долю имущества своему любимцу еще при жизни, оформив ее как подарок. Зачем же ему обманывать?

Ну, а если речь идет об имуществе, которым на данный момент отец детей не владеет и лишь надеется, что приобретет его в будущем? Ведь в этой ситуации он не может подарить, то, чем не владеет...

В результате детальных обсуждений, ѓалаха (закон) принимает точку зрения раби Иегуды.

Автор текста Ханох Лернер


26.07.02

Лист 128

Талмуд обсуждает проблемы, поднятые раби Абой (один из самых крупнейших учителей Талмуда в Эрец Исраэль; 3-й век) и адресованные раву Йосефу бар Хаме.

Часть из них прямо связаны с Мишной, детали которой мы рассматривали в обзорах предыдущих листов. Представим их в том порядке, в котором они расположены на нашем листе.

  1. Некто сказал своему товарищу: “Ты украл моего раба”, а товарищ — в ответ: “Ты же сам мне его продал (или подарил)”; если хочешь, поклянись, что не продавал (не дарил) и после этого можешь забрать его назад.

Закон здесь таков: если истец поклянется, раб переходит к нему; тот, кто потребовал клятву, не может отказаться от своего требования и просить пересмотра дела.

В чем смысл этого закона?

Дело в том, что если бы обвиненный в воровстве человек не сказал — “поклянись”, другой человек, который лишился раба, не смог бы получить его назад. По двум причинам. Во-первых, тот, кого он обвинил в воровстве, по закону Торы свободен от клятвы. Во-вторых, с помощью клятвы не возможно забрать предмет, на который кто-то претендует. Клятва дает лишь ответчику шанс сохранить за собой спорное имущество.

Однако закон неожиданно сообщает нам: если ответчик просил истца дать клятву и тот поклялся, раб перейдет к истцу.

Отметим, что этот закон напоминает тот, что приведен на листе 27 в трактате Санѓедрин. Там обсуждалась такая ситуация: ответчик предлагает, чтобы судьями при разборе дела были его отец (отец истца) или трое несведущих в Торе людей. То есть кандидатуры для роли судей явно не годятся. Одна — потому что состоит с одной из сторон в близком родстве, другая — потому что не знает законы Торы. Однако ситуация разрешается весьма неожиданным образом: если предложение ответчика принято, а затем назначенные “судьи” выносят приговор не в его пользу, он уже не имеет права обжаловать их решение.

2. Если должник умер и оставил своим детям в наследство рабов, этими рабами можно возместить долг, поскольку в Торе сказано: “...они будут вам уделом (как и недвижимое имущество)” (Ваикра, гл. 25, ст.). Ведь если долг не возвращают, кредитор взыскивает его с недвижимости. То же и с рабами, — полагает раби Аба. — Кредитор вправе вернуть одолженные деньги, конфисковав рабов у осиротевших детей должника.

Однако рав Нахман (один из крупнейших Учителей Талмуда в Вавилоне; 4-й век) раскрывает иную грань Истины, приравнивая рабов к земельному владению только в тех случаях, о которых прямо говорится в Торе. К примеру, в законе, запрещающем давать клятву, подтверждающую, кому в действительности принадлежит раб. В других ситуациях законы о недвижимости на рабов не распространяются.

3. Свидетель третьей степени родства может дать показания в пользу родственника “второго уровня близости”. Скажем, внук имеет право свидетельствовать в суде по делу двоюродного дяди (сына брата своего деда).

Рава (великий Учитель Талмуда; 4-й век) добавляет: показания можно давать и по делу родственника первого уровня. Скажем, внук вправе свидетельствовать по делу брата своего деда.

Внук может дать показания и в случае, если в суде разбирают спор его деда, — говорит Мар бар рав Аши (сын рава Аши, редактор Талмуда). Однако его точка зрения в расчет не принимается, ибо сказано в Торе: “не умрут отцы за детей, а дети — за отцов”. Этот фрагмент, как отмечается в трактате Санѓедрин, имеет в виду и запрет на дачу свидетельских показаний близкими родственниками, а внук, будучи “сыном сына”, считается сыном. Поэтому его показания юридической силы в данном случае не имеют.

4. Некто мог точно засвидетельствовать, где пролегают границы поля его товарища, а перед судом — ослеп. Даже если он способен подробно описать эти границы словами, его свидетельство судом не принимается.

Приводится случай. На человека рассчитывали в суде как на свидетеля по определенному делу. Но перед судом он женился на дочери, скажем, ответчика. И тем самым утратил право давать показания. Также и в других подобных ситуациях: потенциальный свидетель перед судом потерял слух и дар речи, пережил психологическую травму, которая свела его с ума... — права свидетельствовать в суде он лишается.

Но, если, к примеру, его состояние оказалось кратковременным, и он вскоре выздоровел (скажем, к нему вернулось зрение) он вновь может давать показания в суде по тому же делу.

5. Если муж перед смертью сказал, что завещает жене (дополнительно к тому, что ей полагается по ктубе — брачному договору) часть своего имущества, равную тем частям, которые унаследуют его сыновья, его слова имеют юридическую силу, и жене должны выделить завещанную мужем долю имущества.

Однако, — поясняет Рава, — речь здесь идет только о том имуществе, которое реально принадлежало мужу в момент, когда он произносил эти слова. Все, что дополнительно приобретет семья к моменту раздела наследства, будет распределено только между сыновьями.

Вносит Рава и еще одно уточнение: доля вдовы исчисляется исходя из общего количества сыновей, которые будут присутствовать при разделе наследства (сколько сыновей присутствовало в момент, когда отец завещал матери эту долю, не имеет значения).


27.07.02

Лист 129

Талмуд заканчивает обсуждение перечня проблем, поднятых раби Абой и адресованных им раву Йосефу бар Хаме (начало см. на сайте в обзоре листа 128). Наш лист знакомит нас с последней из них, шестой проблемой.

В суде представлен документ, из содержания которого следует, что один человек одолжил у другого определенную сумму денег. При этом кредитор утверждает, что долг не оплачен, а должник говорит, что половину долга он уже выплатил.

Если бы суть дела этим и ограничилась, то по закону Торы суд мог вынести простое решение: должника обязали бы вернуть ту сумму, которую, по его собственному признанию, отдать он не успел, а на оставшуюся (которую он, по его словам, вернул) с него взяли бы клятву, подтверждающую правдивость его слов.

Но в описываемом случае ситуация усложняется тем, что в суд приходят свидетели и объявляют, что должник выплатил все деньги.

Как быть?

Раби Аба говорит (так и по ѓалахе), что в данном контексте показания свидетелей не могут повлиять на судебное решение, ибо никакие “очевидцы” не будут более убедительными, чем сам ответчик, который, как получается по их словам, высказался не в свою пользу.

Талмуд сравнивает ситуацию с той, что описывается в начале первой главы трактата Бава Мециа. Речь там шла о том, что суду представили документ, в котором указывалось, что некий человек одолжил другому динары. О том, сколь велика одолженная сумма, в расписке не говорилось.

Кредитор сказал — 5 динаров, должник — 3 динара.

Поскольку имело место признание части долга, — делает вывод раби Шимон бен Элазар (Учитель Мишны последнего поколения, 2-й век), — должнику придется дать клятву, что речь в документе шла о 3-х динарах.

Но раби Акива (величайший Учитель Мишны, начало 2-го века) рассуждает иначе. В документе написано — “динары” (во множественном числе), — говорит он. — А это означает, что под этим словом подразумевается 2 динара (минимальное количество от множества). Должник признал, что получил от кредитора 3 динара, и эта разница, третий динар, подобна находке. Он будто нашел этот третий динар и возвращает хозяину. И клятву в этом случае он давать не должен.

Но в ситуации, приведенной в начале нашего обзора, и раби Акива согласился бы, что с должника следует взять клятву. Ибо вполне возможно, что должнику было известно, что в суд придут свидетели. Не знал он только, что они скажут. А потому решил подстраховаться и согласиться, что остается в долгу у кредитора, но — не на всю сумму.

Даже раби Шимон бен Элазар, который говорил, что в случае с динарами необходима клятва, тут, в деле со свидетелями, клятвы не потребует, — возражает Мар бар рав Аши. — Ведь они, по сути, подтвердили слова должника относительно уплаченной части долга.

Талмуд отмечает, что в решении всех проблем, приведенных на листах 128 и 129 ѓалаха (практический закон) следует точке зрения раби Абы. Исключение составляет лишь второй случай (см. на сайте обзор листа 128), когда ѓалаха согласуется с позицией рава Нахмана.

Далее Гемара переходит к обсуждению последней части Мишны, где говорится: если человек добавил к наследной части (или уменьшил ее) одному из сыновей, а при этом подчеркнул, что эта “прибавка” (или уменьшение) остаются наследством, его слова юридической силы не имеют. Ибо он “посягает” на требования Торы, которая предписывает выделить сыновьям равные доли наследства (кроме первенца, которому, как мы говорили, полагается двойная доля). Но если этот человек в своем завещании назвал прибавку “подарком”, его воля признается законной — любой человек вправе сделать, кому хочет, подарок.

Гемара подчеркивает, что завещание действительно, даже если составлено, например, таким образом: “Такому-то сыну дарю эту часть, такому-то сыну завещаю другую часть” или “это — дарю ему, а это — ему же завещаю”. И потому лишь, что в нем есть слово “дар”.

Но вот, допустим, в завещании написано: “Этому сыну дарю..., а другому сыну завещаю (что-то другое)”.

По поводу такого документа Учителя высказывают разные точки зрения.

Рав Шешет (Учитель Талмуда третьего поколения; Вавилон, 3-й век) говоря, что и это завещание имеет юридическую силу, в доказательство приводит фрагмент из Талмуда, в котором сказано: если человек перед смертью повелел выдавать сыну еженедельно определенную сумму, а потом оказалось, что этих денег на жизнь не хватает, сумму увеличивают из наследства; но если он при этом добавил — “только” (эту сумму), ее не меняют. И если умирающий уточнил, что после смерти этого сына еженедельное пособие унаследует другой сын, сумма тоже остается неизменной.

Автор текста Ханох Лернер



2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35
36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69
70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81

82

83

84

85

86
87

88

89

90

91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103
104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120
121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137
138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154
155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171
172 173 174 175 176

Трактат Бава Батра

Трактат Бава Батра

Введение

Один человек может нанести ущерб другому какактивными действиями, так и бездействием в момент, когда необходимо что-то предпринять. Об этом говорилось в трактате Бава Кама (см. на сайте Введение).

Как разделить имущество по справедливости, правильно обменять валюту?.. Как следует поступать, чтобы права работодателя были защищены?.. Об этом шел разговор в трактате Бава Мециа (см. на сайтеВведение).

Однако бывают случаи, когда ущерб наносится и самой ситуацией, в которой люди находятся. В частности, это может быть связано с землей, на которой живет человек, с его владениями — квартирой, домом, земельным участком… Например, из окон квартиры ее обитатели могут видеть, что делают их соседи.И это — нарушение прав индивидуума на защищенную от постороннего вмешательства частную жизнь.

Отметим, что за пределами двух предыдущих трактатов раздела остается не только эта, но и многие другие проблемы

Земля, допустим, захвачена, и никто об этом не знает.

Можно ли продать земельный участок любому человеку, или покупатель должен принадлежать определенной группе людей?

Кто имеет право наследовать земельные участки?

Анализ этих и подобных им вопросов в трактате Бава Батразавершает разбор всего комплекса проблем, связанных с установлением справедливости в имущественных, материальных отношениях между людьми.

Новая страница 1



 

ВСЕ ТРАКТАТЫ:

Шаббат

Йома

Хуллин

Менахот

Зевахим

Авода зара

Шевуот

Макот

Санѓедрин

БАВА БАТРА

БАВА МЕЦИЯ

БАВА КАМА

СОТА

 

К началу

 

Оказался на гибельной дороге. Помогите разобраться и дайте совет…


Поиск по сайту:


Синдром студентов-медиков


Откуда берут модели поведения?


За второй проступок — поощрение?


Если в стаде затерялся бык-преступник...


Инструкция по управлению собой


Убедительное доказательство предвзятости


Халы — круглые, как Земля


Как удостоиться Будущего мира

New Page 1



 


 

Rambler's Top100


 
New Page 1

Главная страница  |   Анализ новостей  |   Дайджест
Недельная глава   |   Праздники   |   Лист Талмуда  |   Женский дневник   
Спроси у раввина:   /   Ответ дня  /   Блиц-ответы
Объектив  |   Афтарот  |   Заповеди Торы
Этика  |   Видеоконференции  |   Культура  |   Личность
К размышлению  |   Медицина  |   Психология 
Библиотека  |   Аудио-уроки  |  


Посещайте наш сайт ежедневно!

Обновления сайта производятся каждые 2 часа ежедневно
(кроме субботы и праздников) до 22 часов по израильскому времени

Присылайте Ваши предложения и пожелания по адресу: webmaster@evrey.com

logo ©

© 2001 Evrey.com  



New Page 1


 
 
  Лучшие Сайты
Израиля